Увернувшись от атаки пары охотников, которые падали на меня с высоты, я неожиданно услышал:
– «Малой», я «Сокол-2» атакован немецкими истребителями. Требуется помощь.
«Видимо на бреющем подлетели, а я их не заметил, наблюдая за верхней парой» – подумал я, и ответил:
– «Сокол-2», я «Малой» веду бой с двумя охотниками, иду на помощь.
Двумя словами я сказал, «иду на помощь, продержитесь немного, могу опоздать», думаю комиссар меня понял.
В пологом пикировании догнал пару мессеров, что атаковали меня и на попытке уйти на вертикаль через поворот на левое крыло, срезал ведущего.
«Смотри-ка, а стрелять я начинаю все лучше и лучше!» – подумал я. Тут я конечно перехвалил себя, просто поставил заградительную очередь в которую немец сам влетел. Сбить я его не сбил, с легким дымком он теряя скорость пошел в сопровождении ведомого на свою территорию, а я бросился к своим, где мелькали хищные худые силуэты четырех мессеров.
– Суки-и-и!!! – заорал я увидев как один из СБ, густо дымя пошел к земле.
Первым на прицел мне попал увлекшийся атакой на отбившийся бомбардировщик, и оторвавшийся от напарника одинокий мессер. Очередь вспорола его от левого крыла до кабины видимо убив пилота, так как он скользнул вниз и врезался в землю. Резко развернувшись, я чуть было не сорвался в штопор, от которых при таких маневрах страдали все ЛаГГи, но смог удержаться, так как прекрасно знал о такой мерзопакостной привычке любимого «ястребка».
– «Малой» двое к тебе сзади заходят, – получил я сигнал от радиста комиссара.
Развернувшись, я сам пропустил немцев мимо себя, и бросился в атаку, навязав им бой на горизонталях. Самое плохое что третий «худой» продолжал атаковать сплотившийся и огрызающийся огнем строй оставшихся бомбардировщиков.
Слетанность у пары была просто изумительной, поэтому понимая что крутиться мы можем долго, я резко ушел от них, и вырвавшись из клубка на всей скорости понесся, к нашим.
От восьми машин осталось только шесть. Одного сбили, я сам видел как он густо дымя моторами шел к земле.