Где служит?
– Под Москвой, товарищ полковник, в ПВО.
– Хорошо, а теперь лейтенант, расскажи-ка мне подробно все свои бои, а лучше зарисуй еще и схемы, – сказал мне вдруг полковник.
– Так у меня все есть товарищ полковник, кроме последнего боя. Разрешите принести?
– Разрешаю, – с легкой улыбкой ответил полковник.
Выскочив из штабной землянки, я поспешил к своей, как мне навстречу попался один из моих соседей по койкам, сержант Власов.
– Ну ты Севка и снайпер, – не очень довольно сказал он, когда я пробегал мимо.
Что он имел ввиду я понял только когда добежал до землянки, а вернее к тому, что от нее осталось.
На месте землянки была яма, с торчащими из нее бревнами настила, и хвостом сбитого мною мессера.
Вокруг ямы ходили парни из первой эскадрильи, и качали головами, глядя на яму.
– Там был кто-нибудь? – испуганно спросил я.
– Нет, все вышли вас встречать, – ответил комэкс-1 капитан Ларионов, и добавил расстроено:
– У меня же там все вещи были.
– Извини, я не специально, – повинился я сразу перед всеми.
– Да ладно, всякое бывает, – отмахнулся капитан.
Один из летчиков сказал, ковырнув носком сапога дерн рядом с землянкой:
– Странно, что он не загорелся.
– Может летчик был убит? – предположил другой.
– Вытащим узнаем, – ответил комэкс.
– Блин, у меня же там вещи и дневник, – сказал я.
– Через час разберем завал, посмотрим что уцелело, – ответил капитан Ларионов и стал командовать подошедшими бойцами. Уже стал слышим рев двигателя трактора, который ехал сюда, чтобы вытащить самолет.
«Быстро работают. Черт, у особиста же наверняка копия есть!» – вспомнил я, и рванул обратно к штабу, Никифоров был там.
С помощью дежурного позвав особиста, я быстро объяснил ему про землянку, но оказывается что он об этом уже знал, только что сообщили.
Сходив к себе, он принес копию дневника, со всеми необходимыми для его работы штампами.
– Держи, – протянул он мне. Поблагодарив его, я глубоко вздохнув вошел в землянку. Разговор с объяснениями и показыванием на модельках самолетов, которые выполняли обычные щепки, занял почти два часа, пока удовлетворенный рассказом полковник не отпустил меня, оставив дневник при себе.
"Почесав мокрый лоб, я покрутил головой и направился в столовую, откуда на миг заглянув в санчасть к своей землянке, которую уже привели в порядок, и сейчас обустраивали внутри.
Рядом была свалена куча вещей, найдя свои, где был и дневник, я посмотрел, вроде все было цело.