Перевернув дернувшееся от попадания пули, тело Янека на живот я освободил ремень и перекинув его через плечо застегнул на груди, решив повесить ремень как положено попозже.
«Теперь осталось только выбраться отсюда», – подумал я.
«Поджечь туалет и пользуясь дымом скрыться», – пришло мне в голову.
В это время по туалету палили уже из двух стволов, отчего он покрылся сетью отверстий от которых отлетали щепки. Разломав трухлявый низ нашитых на будку туалета досок, я поднес к ним зажигалку. И только когда она довольно сильно накалилась, сперва медленный огонек, а потом уже и хорошо начавшийся заниматься огнем туалет, стал выбрасывать в небо легкие прозрачнее клубы дыма.
«Эх, жаль покрышек нет» – подумал я, и заметив что стрельба стихла, видимо из-за перезарядки, одним рывком прыгнул за другое укрытие, и под его прикрытием, добежал до ближайших стогов и надергав пуки соломы, поджег их, использовав пуки для поджигания сараев, до домов мне пока было не добраться.
Пользуясь тем, что яркое пламя пожаров слепит засевших в доме, я стал выцеливать окна, надеясь что там промелькнет хоть что-то.
«Готов один!» – подумал я. И стал перебираться поближе к домам. Их соломенная крыша особенна влекла меня, а то что там в доме не только мужчины, но и женщины, не больно останавливало меня.
«Не хрен плодить подобных нелюдей», – именно так думал я, вспоминая старшину и рассказы ветеранов воевавших тут в начале войны.
Как я ни крутился, а найти возможность подобраться к домам так и не нашел. Был один промежуток, но он также просматривался и простреливался из крайнего дома. Время уходило, нужно было смываться отсюда быстрее собственного визга, и я прекрасно понимал это, поэтому очень торопился.
Мое внимание привлекла палка, я видел такую в одном фильме.
Взмыв в верх, факел, оставляя дымный след, перелетел через сарай, за которым я прятался и упал на крышу ближайшего дома.