Вы сперва вещи отнесите, обстановку разведайте, а я подожду. Потом и двинем.
Все получилось так, как мы и планировали. Просчитались только с одним. Был вечер, дневной зной спал, и жители вышли в огороды."
"В общем, меня два раза полили, и чуть не пропололи мотыгой, бабка подслеповатая попалась. Когда я добрался до амбара, мокрый и злой, меня там уже ждали мальчишки, причем все трое, причем тихонько ухохатывающиеся в кулачки или ладони. Мои перекаты и прыжки по огородам они видели хорошо, думаю впечатлений мальчишки набрались на всю жизнь.
– Да-а, на полосе препятствия хуже было, – рухнул я на прошлогоднюю солому.
– Комендант, – сразу тихо сказал Андрей.
Амбар действительно был весь дырявый и просматриваемый насквозь, так что приходилось перемещаться по нему по-пластунски.
Подобравшись к Андрейке я сдвинул шлемофон на затылок и с интересом посмотрел наружу.
– Который из трех? – спросил я.
У входа стояла легковой полевой Опель, и три офицера рядом с ним.
– Тот который худой самый и высокий, – ответил лежавший справа Валера.
– Ага, а остальные?
– Тот, второй который с животом это из роты, мы не знаем кто это. А третий у нас часто появляется, он с кухней ездит.
С третьем было интересно, до офицеров было метров двести, но то что он скорее всего принадлежит к Люфтваффе понял. Очень интересно.
– С кухней говоришь?
– Да он на мотоцикле приезжал, и пару раз они вместе приезжали, он на мотоцикле и кухня за ним.
Очень интересно. Догадаться, что часть куда ездит кухня принадлежит к ВВС было не трудно, но что это? Аэродром подскока? Судя по привозной кухне вполне может быть.
План уже стал проявляться у меня в мыслях как из мастерской, которую охранял одинокий часовой, вывели одного из наших, и отвели внутрь здания комендатуры.
– На допрос повели. Кстати заметили, где конвойные ключ брали?
– Нет.
– А я видел. Висит у двери он. Какая беспечность. Видимо часовой охраняет не только пленных, но и ключ.
– Товарищ лейтенант, а как вы их освобождать будете?
– Завтра узнаете. А сейчас руки в ноги и домой, родители обыскались уже наверное.
– Ну, товарищ лейтенант…
– Никаких ну. Вы своих родителей любите?
– Любим, – кивнули пацаны.
– А теперь представьте, что с ними и с вами сделают немцы, если узнают что вы мне помогали.
– Что сделают?.. – спросил Иван.
– Лучше вам не знать. Давайте идите домой только выбирайтесь осторожно чтобы вас никто не видел.