Иванов давай в кабину дорогу показывать будешь.
Задним ходом выбравшись из кустов, я стал крутить баранку по указаниям Иванова.
Нам повезло, танк еще не нашли.
Следуя указанием вылезших из кузова бойцов, я задом подогнал грузовичок к корме танка. Иванов выпросив у меня фонарик, уже суетился у танка. Пару раз луч света освещал боевую машину, но я никак не мог определить тип.
– Сто-о-ой!!! – заорали снаружи, я и не успев нажать на педаль тормоза, как грузовичок с хрустом врезался в танк.
– Нормально. Борт только поломали, – сказал Иванов, когда я выпрыгнул из кабины на поломанные ветки, хрустящие под ногами.
– Ни дня без аварии, – хмыкнул я, под шум из кузова, бойцы с летчиками кантовали бочку к корме, где Крапивин уже открыл баки и разматывал шланг.
– Слушай сержант, что-то не разгляжу что за танк? – спросил я у Иванова.
– БТ-5. Обычный, не командирский, – пожал он плечами в ответ на мой вопрос.
– А, понятно. Я не разглядел в темноте.
Пока горючее по шлангу заливалось в бак, Иванов куда-то делся с одним из бойцов, но скоро они вернулись с несколькими предметами в руках.
Заправив танк, мы согласовали маршрут движения и поехали по дороге.
План был такой. После захвата аэродрома, мы с Карповым улетаем к своим на «мессерах», пленный говорил что там именно они, а остальные крушат все что осталось и прорываются к своим. Благо опыта у Иванова в этом было не мало. Экипаж Ламова уходил вместе с ними.
Первым ехал я, за мной отстав на сто метров танк Иванова, светя чудом уцелевшей фарой.
Бойцы в кузове были наготове, держа в руках гранаты и карабины. Маузер свой я отдал Карпову, который снова сел рядом со мной. Фельдман не подавал признаков жизни, странный он был какой-то.
– Фонарик светит впереди, – вдруг сказал Карпов.
– Да вижу. Похоже дорожный пост фельджандармерии.