Накидав на лист блокнота примерное устройство аэродрома бомбардировочного полка, я не трогал только стоянки местных машин. Рядом стоял особист и бдел чтобы я не зарисовал чего лишнего.
– Я все, – сказал я стоявшему рядом Ермолову и начштаба полка капитану Кирилову.
– Пообедаешь с нами? – спросил Кирилов.
– Нет, я к себе. Нужно перед начальством отчитаться.
В это время к нам подбежал посыльный.
– Товарищ капитан, вас вызывают к телефону. Вызов из вашей части.
– Ну вот я же говорил, что пора домой. Как вы там? Моего ведомого не обижаете? Нам ведь обратно лететь, – спрашивал я на ходу, с легкой хромотой шагая к зданию штаба.
– Все в порядке. Кстати вас заправить?
– У нас другое топливо. Октан повыше будет. Не беспокойтесь тут лететь-то, хватит.
– Понятно.
Шагавший рядом посыльный, сказал Ермолову:
– Товарищ капитан. Из штаба дивизии звонили, сказали, что они всех сбитых немцев взяли в плен.
– Всех двух? – уточнил капитан.
– Не знаю, слышал что несколько.
– Вячеслав, сколько выпрыгнуло? – уточнил у меня Ермолов.
– Я двоих видел. Может кто на вынужденную сел?
– Сейчас узнаем.
После разговора со Стрижом, который потребовал вернуться обратно, причем побыстрее, я узнал, что немцев действительно выжило трое. Одного достали из разбитого истребителя, он был жив и цел. Что было удивительно если судить по состоянию останков боевой машины. Я сразу связался с командиром и рассказал ему о них. Пусть договариваются, чтобы поделились сведеньями. Нужно узнать места базирования местных частей Люфтваффе.
Через полчаса мы с закормленным, но трезвым Степкой поднялись в воздух, и на бреющем, на небольшой скорости полетели домой.
«Блин сутки не прошли, а этот аэродром для меня уже дом родной!» – вздохнул я мысленно.
В моем планшете были многочисленные записи и рисунки – это не считая справки подтверждения о сбитых нами. Так же метки на карте, с возможным выбором мест базирования групп. Нас в это еще тихое место послали тренироваться в боевой обстановке, так нужно использовать эту возможность на все сто.
Вернувшись на свой аэродром, оставив ведомого рассказывать окруживших нас однополчанам о прошедшем бое, а сам направился в штаб.
Срочность вызова была проста, штаб фронта смог достать все что нам нужно, а раз так, то можно устроить налет на ближайший аэродром противника. Чтобы не расслаблялись."
"Сдав справку о сбитых, и пообещав написать рапорт, я направился к Стрижу. Сперва я выложил все свои записи.