Дело в том что несколько дней назад нами был сбит немецкий летчик, и он поведал о важной шишке которая в составе автоколонны проследует по определенному маршруту. То есть это была дезинформация, мы поняли это, однако отменять операцию не стали. Вылет совершили в составе сборной группы, восемь штурмовиков, и восемь истребителей прикрытия…
Я спокойно чуть иронично рассказывал про ту операцию. Избегая касаться скользких тем. В этот раз я решил провести более серьезную передачу чем в прошлый раз, с легкими вкраплениями юмора.
– … Так и закончился тот бой. Причем это не значило, что он проигран, мы выполнили свое задание, именно это было нашей целью, а то, что нас сбили… что ж, судьба. Так вот, наш бой, сподвиг меня на написание песни. Знаете многие удивляются как я быстро пишу их, и они правы, я тоже удивляюсь. Например, за вчерашний день, я написал тексты сразу трех песен, первая про наш бой. Сейчас вы ее услышите.
Подхватив гитару, поморщившись от боли в плече, и накинув ремень, поработал снятой с повязки рукой.
… Их восемь, нас двое – расклад перед боем
Не наш, но мы будем играть.
Степа, держись, нам не светит с тобою,
Но козыри надо равнять.
Я этот небесный квадрат не покину
Мне цифры сейчас не важны,
Сегодня мой друг защищает мне спину,
А значит, и шансы равны.
Мне в хвост вышел «мессер», но вот задымил он,
Надсадно завыли винты,
Им даже не надо крестов на могилу,
Сойдут и на крыльях кресты.
«Я первый, я первый, они под тобою»,
Я вышел им наперерез,
«Сбей пламя, уйди в облака, я прикрою»,
В бою не бывает чудес.
Степан, ты горишь, уповай, человече,
Теперь на надежность строп.
Нет, поздно, и мне вышел «мессер» навстречу,
Прощай, я приму его в лоб.
Я знаю, другие сведут с ними счеты,
Но по облакам скользя,
Влетят наши души, как два самолета,"
"Ведь им друг без друга нельзя…
…Мы крылья и стрелы попросим у Бога,
Ведь нужен им ангел-ас,
А если у них истребителей много,
Пусть пишут в хранители нас.
Хранить – это дело почетное тоже,
Удачу нести на крыле.
Таким, как при жизни мы были со Степой,
И в воздухе и на земле.
Таким, как при жизни мы были со Степой,
И в воздухе и на земле.
(В. Высоцкий).
Прижав пальцами, струны я пытался унять сильно бьющееся сердце. В эту песню я вложил душу что уж говорить.
– Как вы слышали, окончание было другим, но и пришла она мне не в спокойной обстановке. Менять ее я не стал.