Мое командование они приняли безоговорочно, да и по-другому, они просто не могли.
– Пока задержимся в окрестностях, у нас тут встреча назначена. Через несколько дней уже все вместе будем пробиваться к своим.
– А немцы не будут мешать из-за поста?
– Найдем укрытие хорошее затаимся… Все, лейтенант, с этой минуты вы расчет пулемета. Мы вчера постреляли из него, но не вычистили, займитесь, а мы пока займемся маскировкой катера.
Если вы думаете, что Степка просто принял новеньких и все… ага, как же. Его интересовало все, жизнь, служба, авиация, работать он старался поближе то к одному то к другому.
Из-за маскировки пришлось задержаться почти на час, закончив с изучением и чисткой МГ, летчики-штурмовики стали нам помогать.
Когда тихо урча мотором, мы вышли из заводи с лодками на прицепе, то со стороны казалось что плывут три куста. Один впереди, урчит мотором, за ним цепочкой два поменьше на расстоянии по три метра каждый.
– Вроде он, – пробормотал я, сверяясь с картой. Впереди виднелся покрытый невысоким лесом, преимущественно березой, небольшой островок, размером метров тридцать на шестьдесят.
Удобной бухты тут не было, пришлось пробивать его, чтобы подвести катер и лодки к берегу, благо там была открытая вода.
– Черт, траву на винт намотали, – пробормотал Степка, когда мотор внезапно стих. Сержант успевший снять сапоги прыгнул в воду, ухнув по пояс, держав верёвку и оружие над головой он побрел к острову, таща нас на прицепе, через минуту в воду прыгнули и мы с лейтенантом и тоже впряглись как бурлаки на волге.
Зашвартовав лодки и катер, мы принялись маскировать их.
– Так, вещи из самой большой лодки выгружаем на берег, лодку нужно освободить от груза, – скомандовал я.
До обеда было еще далеко, поэтому я решил отправляться сейчас.
– Как долго вас ожидать товарищ подполковник? – поинтересовался Казанцев.
– От нескольких часов, до нескольких суток, лейтенант.
Степка в это время уложил на дно лодки весла и стоял рядом с шестом в руках, уперев его в землю.
Лейтенант и сержант стояли на высоком берегу и смотрели, как мы уходим. Перед тем как мы ушли за поворот и нас скрыл высокий камыш, я увидел, как взлетела рука Казанцева в прощании.