– А я думаю, что это веточки часто хрустят, вроде по ельнику идем, – пробормотал бледный Толя.
Подошедший Даль пояснил:"
"– Тут за соснами речка и мост был, деревянный. Судя по количеству ячеек, рота оборону держала при двух орудиях. Их позиции были вон там, где сгоревшие деревья стоят, – показал он рукой. Видимо когда рассвело, обнаружив, где находиться, успел пробежаться и осмотреться.
– Что с мостом? – спросил Командир, поправляя обмундирование и подхватывая с земли автомат.
– Взорван, товарищ командир.
– Ясно.
Отряд разбрелся по месту боя, рассматривая остатки позиций. Над поляной и старой дорогой в ста метрах от нашей стоянки повисло тяжелое молчание.
Присев у скелета командира, полковник поправил ворот, рассматривая знаки различия.
– Шпала. Капитан. Видимо это он командовал обороной.
В отличие от остальных, я и летчики ходить не стали, и не такое видеть приходилось, а стали готовить завтрак, доставая консервы и галеты.
После осмотра полковник велел перебраться к речке, привести себя в порядок позавтракать и продолжить движение.
Во время завтрака мы негромко, как будто опасаясь, что погибшие тут два года назад бойцы и командиры услышат нас, обсуждали увиденное.
– Немцы после того как уничтожили оборону тут не задерживались, сразу ушли, – ложкой подхватив большой кусок тушенки, сообщил свои наблюдения Андрей.
– Почему вы так решили? – поинтересовался Казанцев.
– Там чуть в стороне большая братская могила. Судя по обозначениям немецкая. Потери у них большие были, иначе бы хоронили в отдельных могилах. А не долго, потому что торопились. Я на краю обороны, у леса, нашел два костяка, судя по истлевшей форме немцы. Видимо их просто не заметили, там даже оружие рядом лежит.
– А зачем они мост взорвали? – поинтересовался Даль.
– Сомневаюсь, что это они.
После завтрака, мы накачав лодку, тут пришлось поработать качком, газ в баллоне кончился, мы переправились на тут сторону и, убрав спущенную лодку в тюк двинулись дальше.