— Как я уже объяснял, Джек-кун, — прервал его сэнсэй Кано, услышав эти слова с другого конца двора, — видеть глазами — значит не видеть вовсе. На моих уроках ты учишься защищать себя, обходясь без помощи зрения. Как только ты открываешь глаза, ты начинаешь делать ошибки.
— Но разве ошибок не было бы меньше, если бы я видел, что делает мой враг?
— Нет, юный самурай. Помни, глаза — зеркало твоего разума. Иди сюда. Встань передо мной на ступеньку, и я покажу тебе, что имел в виду.
Сэнсэй Кано поманил его.
— Смотри на мои ноги, — сказал сэнсэй.
Джек поглядел на его сандалии и вдруг получил по макушке посохом.
— Прости. Я иногда такой неуклюжий, — извинился сэнсэй Кано. — Ты на всякий случай следи за моим посохом.
Джек покосился на конец белого посоха, опасаясь, как бы оружие снова не задело его.
И тут сэнсэй Кано пребольно пнул его в голень.
— Ай! — завопил Джек, отпрянув.
Ученики захихикали, прикрыв ладонями рты.
— Вот тебе наука, — сказал сэнсэй Кано.
— Не совсем, учитель… — ответил Джек, потирая ногу.
— Подумай как следует! Если смотришь на ноги противника, все твое внимание будет приковано к ногам, если смотришь на оружие — к оружию. Следовательно, когда ты смотришь налево, забываешь, что справа, а когда смотришь направо, забываешь, что слева.
Сэнсэй Кано помолчал, а затем показал на свои глаза.
— О чем бы ты ни думал, глаза тебя выдают. А противник этим пользуется. Чтобы сражаться, не выдавая себя, ты должен обходиться без помощи глаз.
Джек положил кисточку. После того как он опозорился перед сэнсэем Кюдзо, не сумев написать свое имя, Акико предложила учить его основам каллиграфии. Как только перед ужином выдавалась свободная минутка, они встречались в комнате Акико, и девочка показывала другу новый иероглиф и объясняла, как правильно его писать.
Акико посмотрела на Джека, не понимая, почему он остановился и не дослушал, как пишется иероглиф «храм».
Мальчик набрал в грудь воздуха. Он остался с Акико наедине впервые за день. Пришло время поговорить о том, где она пропадала прошлой ночью, но Джек не знал, с чего начать.
— Куда ты ходила ночью? — наконец спросил он. — Тебя не было в комнате.
Акико моргнула и поджала губы, оскорбленная таким бесцеремонным вопросом.
— Не знаю, как в Англии, но в Японии такие вопросы девушкам не задают, — холодно ответила она и стала собирать кисти.