Холодов пытался распутать это дело.
— Вот оно как, — протянул я и вернул чашку на блюдце. — Поэтому он и прибыл в лазарет фонда.
Кристина неопределенно повела плечами:
— Наверное. Но то, что мастер Холодов был убит отставным гвардейцем тринадцатого, который проходил курс реабилитации…
— Вы не против, если я проверю вашу информацию? — уточнил я. — Потому что сказанное вами немного не укладывается во всю концепцию того, что я слышал про тринадцатый полк.
Кристина пожала плечами:
— Пожалуйста, мастер Юсупов.
Я потер руки, разгоняя в крови силу, и призвал «Астрального двойника». Взглянул на появившийся силуэт, и попросил Кристину повторить рассказ про тринадцатый полк. Девушка спокойно исполнила мою просьбу, и я взглянул на силуэт, который никак не изменился. Выходит, девушка говорит правду. Ну, или почти правду. Либо сама верит в придуманную ею историю. Во всяком случае, серых пятен на силуэте не появилось. Поэтому я отменил способность, а девушка хитро уточнила:
— Ну что, Василий Михайлович, стоит эта информация двадцати пяти рублей?
Я кивнул и передал лежавшую на столе сумму Кристине.
— С вами приятно иметь дело, мастер Юсупов, — с улыбкой произнесла она.
Я сделал глоток чая, поставил на стол пустую чашку и поднялся на ноги:
— С вами тоже. Если у Острого Бориса появится какая-нибудь информация — вы знаете мой номер. Думаю, о цене мы сможем договориться.
— Хорошо, Василий Михайлович, — заключила девушка.
— До встречи, — ответил я и направился к выходу. Муромцева последовала за мной:
— Я уже говорила, что вы умеете заводить друзей? — уточнила секретарь, когда мы подошли к дверям.
— Вроде бы, — ответил я, делая вид, что вспоминаю. — Но спасибо.
— До свидания, мастер Юсупов, — с улыбкой попрощался со мной распорядитель.
— До свидания, — ответил я и вышел на лестницу.
— Она бы согласилась на десять рублей, — фыркнула девушка.
— Я бы заплатил даже тридцать, — ответил я.
— И что вы думаете по поводу новых фактов? — поинтересовалась Муромцева, когда мы спустились на пару этажей.
— Думаю, что у Холодова был хороший информатор, — ответил я. — Скорее всего, их Синода. Те, кто хотел чужими руками проверить теорию о культах в тринадцатом полку. А после того как информация была бы собрана, от репортера бы все равно избавились. Потому что такая правда не должна быть обнародована.