Ему вернули бы отобранное кольцо Мраксов, а, значит, появилось бы время и для планирования, и для выполнения намеченной цели. Но со специальной комиссией МКМ такой номер не пройдёт. Однако, ещё не всё потеряно. Доказательств у Скримджера, кроме факта, что эти показания даны под сывороткой правды, нет. И вряд ли появятся. Им никогда не найти этих доказательств. А голословное обвинение — это и есть голословное обвинение. Нужно очень постараться и составить речь. До того, как будет собран состав суда, у него ещё есть время.
А после… После они все поплатятся!
Но директор школы даже не предполагал, что времени-то у него и нет совсем. Состав суда для рассмотрения предъявленных ему обвинений уже давно собран и члены МКМ только и ждали ареста Великого Чародея под любым предлогом, чтобы тут же начать судебную процедуру. А в камеру, где временно содержался Дамблдор, новости не доходили. Во избежание его не навещал даже тюремщик-смотритель.
Окошек в камере, как уже говорилось, не имелось. Несмотря на засилье в Министерстве и Аврорате тех, кто считал Альбуса Дамблдора Истиной в последней инстанции, тех, кто его недолюбливал, так же было предостаточно. Так что у двери камеры стояла круглосуточная стража из тех авроров, что не проявляли сочувствия к старику. Альбус ещё в самом начале своего заключения попытался наладить с ними контакт, когда ему принесли завтрак, но потерпел сокрушительную неудачу.
Ему ещё предстояло узнать, что теперь, после допроса и этой неудачной попытки втереться в доверие к смотрителю, еду в камеру и вовсе будут доставлять магически.
"Но Альбус пока об этом не знал. Пока его грубо не подпихнули в спину волшебными палочками авроры, придав ускорение на «влёт» в ИВС (изолятор временного содержания).
Дверь камеры за его спиной захлопнулась с противным лязгом.
Вечером того же дня исполняющий обязанности министра Магии Пий Тикнес и глава Аврората Руфус Скримджер собрали срочную пресс-конференцию.