С которым соревновался на балу, кто больше девушек пригласит на танец и кто первее заполучит чей-то поцелуй. Перед ним сидел тот самый парень, с которым он кирпичик за кирпичиком создавал гильдию и которого он потом же и прогнал.
– Прости меня, брат. Знаю, мы вряд ли сможем быть друзьями после всего случившегося, но и врагом тебе я быть не хочу.
– Я знаю, что первые годы ты меня разыскивал, – спокойно произнес Рой, но в его голосе послышалась тоска. – Но я не готов был посмотреть вам в глаза. Знаю, что поступил ужасно и глупо.
Тристан с недоверием склонил голову набок.
– А зачем тогда ты натравил на меня своих шавок? Я выяснил, что яды, которыми меня пытались отравить, не смертельны. Это Уилл нанял твою гильдию запугать меня?
Рой хмыкнул:
– Соболезную твоей утрате. Пусть Единый упокоит душу твоего брата, но он бы до такого не додумался. Покойный принц разболтал твой секрет лорду Тобиасу.
"– Тобиасу? – задумчиво повторил Тристан, и внезапно его осенило. – Это тот банкир, который наживался, обворовывая казну земель Речного удела?
– И который обанкротился благодаря усилиям «Черной розы». Слышал, какая участь его постигла?
Тристан лихорадочно перебирал сведения, полученные за последние полгода от шпионов гильдии. В голове пронеслось воспоминание, как Фло что-то говорила о бывшем владельце банка из Речного удела, который умер во время ужина, но яда в еде не обнаружилось.
– Ты убил его?
– Я не мог позволить какому-то жадному жирдяю разрушить гильдию, у истоков которой стоял я сам.
– Ничего не понимаю.
– Прости, арденийского вина нет, так что придется разбираться на трезвую голову, – с сарказмом сказал Рой и, откинувшись на спинку кресла, закинул ноги на стол. Шкатулку он убрал в карман красного, как кровь, жилета. Тристан знал, как дорога ему серьга, и уже предвидел, что он захочет рассмотреть ее поближе без лишних свидетелей. – Я отдал приказ Виоле, – да, она тоже член моей гильдии, – чтобы та создала видимость охоты на тебя.
Тристан пренебрежительно фыркнул, и Рой наградил его очередной кривой ухмылкой.
– Когда ты инсценировал свою смерть, я проник в дворцовую молельню, где якобы омывали твое тело, и сразу понял, что там не ты. Именно по поддельной серьге. Но лорду Тобиасу об этом знать было необязательно.