– Максим меня не надо шантажировать Леной, я не уверена в завтрашнем дне и, как муж врача ты сам это хорошо знаешь!
– Я знаю! Я ни в коем случае не шантажирую тебя Леночкой, просто хотел сказать тебе что я дурак и полный кретин, а ты мне очень дорога моя девочка!
– Варя на маммографию!
Дверь палаты распахнулась и я с благодарностью посмотрела на Дениса. Он был словно мой ангел хранитель.
Максим когда я вернулась в палату уже ушел. Даже не разбирая загрузила его пакеты, как и Андреевы в холодильник.
Снег волшебными снежными хлопьями падал за окном. А вот вдали пушистые ели. Так красиво. Все готовятся к празднику, к Новому Году. Я хотела Леночке столько подарков, встретить Новый Год с ней, с Димой… Дима… Зачем все эти слова сказаны были? Да тут и без слов все понятно, человека не было два дня. Хотя когда я болела Максима как-то тоже не было.
Телефон оживает на столе. Дима. Надо же.
– Алло!
– Привет!
Голос какой-то чужой и отрешенный, словно ни этот человек совсем недавно говорил мне такие слова от которых хотелось жить, от которых крылья за спиной вырастали, а сейчас все. Я чужая. Я больше не нужна. В глазах застыли слезы. Слезы боли и отчаяния, я уже заранее все знала. Знала что он откажется от меня. Последнее его пребывание в больнице я много поняла и когда он обнимал меня и когда про Айгуль спросила, дело было вовсе ни в Максиме, а в другом.
В том что я была больна, а Диме это было не надо. Приступы, рак, это все страшно для обычного человека. Здоровому человеку это совсем не нужно, копаться во всем этом.
– Как ты чувствуешь себя?
– Нормально, спасибо что решил узнать об этом спустя два дня!
В трубке повисло неловкое молчание.
– Прости!
Он нарушив его первым тяжело вздохнул.