— Но он умер…
— С теплым воспоминанием о красивой женщине, которая улыбнулась ему в дождливое утро, — я на пару шагов ближе к Илине.
Губы дрожат, и успеваю заключить в ее объятия, прежде чем она кинется со слезами прочь. Она пытается вырваться, затем бьет меня слабыми кулаками, а потом захлебывается в слезах и неразборчиво шепчет, вздрагивая во всхлипах:
— Они должны были встретиться, пожениться, родить детей…
Я впервые за все это время обнимаю Илину без внутреннего сопротивления и нежелания быть рядом. Я не хочу, чтобы она плакала не потому, что меня раздражают ее рыдания, а потому, что сопереживаю ее слезам.
— Вот как ты хочешь… Увидеть незнакомку и пронести через года ее загадочную улыбку?
— Что? — недоуменно спрашиваю я.
— Или у тебя уже есть такая незнакомка, которая тебе улыбнулась?
— Что? — повторяю я.
— Если так, то… — вытирает слезы и шепчет, — найди ее, Ивар.
— Что? — опять говорю я.
— Не надо мне тут умирать в старости, — толкает меня в грудь, — таким печальным и вспоминать ту, которую по своей глупости взял и упустил!
Теперь недоумеваю не только я, но и мой зверь, потому что он улавливает в Илине праведный и истинный гнев.
— Да, мы женаты, у нас дети, и мы Нареченные, — хмурит брови, — но что-нибудь можно придумать.
— Илина, — отвечаю я, — нет у меня загадочной незнакомки, по которой я тоскую. Это просто книга и ко мне она не имеет никакого отношения. И читаю ее не из-за того, что герой был влюблен.
Недоверчиво вглядывается в глаза и зло шепчет:
— И всю эту атмосферу испортила смерть главного героя.
— Пойдем, — хватаю ее за запястье и тащу за собой.
— Куда?
Она упирается, хочет вырвать руку из моего захвата, и оглядываюсь:
— Идем.
Для убедительности выпускаю из себя волчий рык.
— Ладно, — неуверенно отвечает она и неохотно следует за мной.
Я веду ее в разгромленную библиотеку.
— Что ты ищешь?
— То, что тебе придется по душе и перебьет впечатление от “Дождливого утра”.
— Не стоит.
— А это я уже сам решу.
Через минут десять вручаю ей стопку из пяти книг:
— Вот.
— О любви? — с опаской спрашивает Илина.
— Чуток трагизма, капелька приключений и много любви, —уверенно киваю.
— Ты и такое читаешь? — переводит взгляд с книг на меня.