– Меня куда записали на тридцать первое? В какой салон и к кому? – спросила я.
– К Соне, как обычно, на час дня, на Молодежную."
"– Отлично, напомни мне тридцатого вечером обязательно, иначе забуду, – отошла я от зеркала. – Я на сегодня все, уйду пораньше, если будут какие срочные вопросы, звони, но лучше не звони.
– Хорошо, – удивленно произносит Лида, и я подхватываю свою бордовую сумочку и достаю из шкафа короткую шубку из рыжей норки. Мне понятно удивление секретаря, я редко когда ухожу из офиса раньше девяти вечера.
– Все, я ушла, – говорю ей, выходя в приемную. Быстро спускаюсь на подземную парковку и сажусь за руль, кидая сумку на сиденье рядом. Снимаю туфли, разминая пальцы, и надеваю узкие черные сапоги, которые оставила в машине, приехав в офис утром. Не в туфлях же ехать в ЦУМ, хотя, этим там никого не удивишь.
Выруливаю с парковки, выбираясь наверх и вклиниваюсь в пробку у Мясницкой, направляясь в сторону ЦУМа. Машины двигаются по десять сантиметров в час и я злюсь, ругая себя недобрым словом.
Глава 2. Степан
Дверь в кабинет открывается, впуская Ингу. Смотрю на нее, замечая и новое темно – синее платье длиной до колена, что охватывает плотно идеальную фигурку с высокой грудью. Кокетливую черную бархатную ленточку на тонкой шейке с серебряной бархоткой.
– Степан Николаевич, можно? Тук-тук? – стучит по двери рукой с красными длинными ногтями Инга.
– Вошла уже, – отвечаю ей, практически раздевая взглядом. Хороша, ничего не могу сказать, заводит и давно уже. Знает, что нравится, но пока ходим по грани, присматриваясь друг к другу.