Не дождётся!
— Держи! И только попробуй мне заикнуться про плату! Мне нужен блокиратор притоглов! Живо!
— Какой грозный! — усмехнулся гоблин, однако удалился. Я же обернулся к шарику локальной Системы:
— Итак, Ворчунья. Что нужно для того, чтобы она отправилась в следующий мир вместе с нами?
— Вы должны покинуть Вилион сразу после победы над Мировингом. Или как проиграете. У вас будет только одна попытка.
— С каких пор добытчикам даётся одна попытка? — удивился я. — У нас свитки воскрешения, как бы, есть!
— Мировинг исчезнет из этого мира, как только проснётся.
— Стоять! — опешил я. — Так, может, нам и не нужно с ним сражаться? Достаточно только разбудить соню, показать, что произошло за время его тысячелетнего сна и отойти в сторону, выпуская его на волю?
— Это хороший вариант, рабочий, — как-то слишком легко согласилась локальная Система.
Подсказок было уже так много, что мне, наконец, удалось соединить одно с другим.
— Мировинг является человеком, при этом человеком огромной силы. Такой, что она способна разрушить целую планету. Он и есть тот самый древний, что создал обе Системы?
— Это закрытая информация, — ответила локальная Система.
— Прекращай! Без этой информации у нас не будет мотивации сражаться за Вилион. Что произойдёт, если мы проиграем? Вот проснулся Мировинг, увидел Системы, раздавил нас, как таракашек, отправив на перерождение, что он дальше делать будет? Что значит «уничтожит мир»? Что произойдёт с Вилионом? С добытчиками? Со всеми существами, что тут живут?
— Все умрут, — послышался ответ, причём отвечала сама Ворчунья. — Внешняя Система не сможет забрать вас без импульса локальной, а локальной уже не станет.
— Это существо всего лишь четырнадцатого уровня, — напомнил я. — На планетах второго типа наверняка уровни будут с десятого по двадцатый.
— Сила Мировинга превосходит силу планеты, на которую он попадает, на четыре пункта. Не имеет значения, на планету какого ранга он попадёт.