Изменить сюжет (СИ)

Мужчина собрался ещё что-то сказать, но в этот момент в дверях появился ещё один незнакомец, похожий на первого. Он быстро оценил обстановку, усмехнулся.

— Ничто не ново под луной, вы продолжаете извращаться в остроумии? На этот раз вы оба перешли границы допустимого. Вокруг вас слуги, - несмотря на улыбку, в голосе, как успела уже сообразить – папули, звучала сталь. Ого! Я тоже хочу так уметь. Раньше-то для меня это проблемой не было, а сейчас с таким писклявым голосом – проблематично.

Меня ни один нормальный человек всерьез не воспримет. Еще один пунктик в копилку преображения. С этим нежным голоском надо будет что-то делать. Не нравится он мне. Явное несочетание моего характера и голоса нежной фиалки.

– Прости, брат, мы действительно повели себя совершенно недопустимо, - покаялся незнакомец.

– Гвил, иди к себе, с тобой я позже побеседую. Ори, дорогая, пройди в мой кабинет и захвати с собой девчонку, - распорядился «папуля».

– Вот как надо наводить порядки, - не сдержалась, буркнув себе под нос.

Но oтправилась следом за «родственничками». Самое удивительное, что меня услышали. Хозяин дома скосил на меня взгляд, едва заметно усмехнулся, но ничего не сказал. Правильно, нечего перед слугами показывать то, чего им знать не полагается.

Мы гуськом вошли в комнату, напоминающую нечто стильно-среднвековое. Большой стол, на нем массивная чернильница, справа стопка папок, справа листы, больше напоминающие пергамент.

Большое окно в данный момент приоткрыто. Книжный шкаф заставлен книгами по магии, по различным ритуалам, по трудам путешественников,изучающих какую-то мертвую долину. Были еще книги с загогулинами вместо букв, прочесть такие не представлялось возможным. Непроизвольно сделала шаг по направлению к книгам. Но была остановлена окриком:

– Итак, юное создание, я желаю услышать, кто вы, откуда, каким образом оказались в теле мое… Зэлли, – быстро поправился мужчина.

При этом я поняла, что он не в первый раз меня окликает.

Не ожидая предложения, разместилась в кресле, закинула ногу на ногу, после чего, не обращая внимания на легкое потрясение, которое мужчине с трудом удалось скрыть, быстро изложила факты:

– Дома мне попалась книга про Золушку, но на этот раз необычная, а про вашу Империю. Помню, читала и возмущалась бесправием ваших женщин, это же уму непостижимо, куда конвенция смотрит. Но это лирика.