Как-то не верилось, что личность биологического компьютера может быть уничтожена внешней командой. Логичнее предположить, что разум фокарсианина затаился.
Следов Нейруса Антон так и не нашел, зато убедился, что во время срыва на вертикаль корабль получил минимальные повреждения. Он вывел реактор «Корпускула» на пятьдесят процентов мощности, поставил на зарядку истощенные накопители, подумывая, а не покинуть ли станцию, пока скелх бродит по ее коридорам?
«Но куда я поведу корабль? Назад к энергетической воронке, сквозь которую проходит вертикаль? – Антон размышлял, одновременно работая с локационной системой, перенастраивая ее, чтобы получить возможность взглянуть на окружающее пространство, игнорируя множественные препятствия.
И куда я вернусь? – Вопрос не давал покоя. Он уже давно не строил иллюзий относительно «мудрых и справедливых омни».
Ну что ж. Пусть пребывает в заблуждении».
* * *Связь со скелхом истончилась, а затем и вовсе прервалась.
Антон для верности выждал еще несколько минут, прислушиваясь к ощущениям, но ничего подозрительного не почувствовал.
Оставшись в одиночестве, он подключился к локационной системе «Корпускула».
Пространство двенадцатого энергоуровня разочаровало Антона.
В центре пылала ослепительная точка.
Пять вертикалей вливались в нее. Между линиями напряженности существовала взаимосвязь. Нестабильный гипертоннель, похожий на закольцованный разряд, извивался в пространстве, вздувался и ветвился в местах пересечений с энергетическими потоками гиперкосмоса.
Антон долго и пристально наблюдал за его флуктуациями.
«Похоже на последствия какой-то катастрофы вселенского масштаба», – промелькнула мысль. За истекший год он достаточно хорошо изучил структуры гиперкосмоса, но ни разу не встречал явления, объединяющего вертикали.
«Жаль, Нейрус погиб. Он смог бы многое прояснить.