Сколько же здесь цветов! Пёстрые, большие и маленькие, густо покрывающие кусты и одиночные, стелющиеся по земле и качающиеся на высоких стебельках — они всюду, искрят магией. Их ароматы смешиваются в безумную, но удивительно лёгкую смесь.
Каким никчёмным кажется сейчас цветочный магазин, в котором я подрабатывала. Здесь столько цветов, что, наверное, за год не запомнить названий.
А в центре амфитеатра — увитая плющом беседка без крыши.
Стоящий за моим плечом Арендар, кажется, не дышит.
— Это восхитительно, — шепчу я.
— Я это чувствую, — Арендар судорожно обнимает меня за плечи. — Идём, покажу свой первый цветок.
Подхватив меня на руки, он сбегает по лестнице мимо бесчисленных цветов. Какой же он сильный, как легко держит меня, словно я невесомая.
— О, этот ты тоже должна увидеть, — он сворачивает на один из ярусов. Гравий дорожки хрустит под его босыми ногами. — У меня не только Эёранские, у меня цветы из других миров есть.
Он почти опускает меня на гравий, но, опомнившись, оставляет на руках и поворачивает.
Арендар пристально смотрит на меня, впитывает эмоции, прислушивается. От такого внимания немного неловко. Непривычно. И почти страшно от такой близости.
— Ты ощущаешь все мои чувства? — Заглядываю в его искрящиеся глаза. — Все-все?
— Наиболее яркие.
Действительно есть: гроздьями висящие на кустах соцветия формой напоминают раскрывших крылья алых дракончиков. Белые и синие тоже есть.
— Я пытался вывести золотых, но не получилось, — на последних словах Арендар уже несёт меня дальше.
Пушинка, подкрашенная оранжевой и красной пыльцой, семенит следом.
А ещё у Арендара есть поющие цветы: жёсткая пористая система стеблей, защищающих лиловые бусинки-цветочки, при ветре издаёт звук, похожий на пение-стон. Ветряная установка для выдувания мелодии вмурована в стену яруса.
Есть цветы больше человеческого роста, есть крохотные цветочки, устилающие лиловый ковёр листьев.