Я покачал бедрами, прижимаясь к ее ладони. Схватив Серафину за руку, я развернул нас, зажав ее между дверью и своим телом, ее рука была поднята над головой, прижата к дереву.
— Такой властный. — поддразнила она, и я заставил ее замолчать более резким поцелуем, прижимаясь к ней, чтобы показать, что ее ждет. Я подобрал ее длинную юбку.
— Подними ее, Ангел, – приказал я.
Она прикусила губу, сдерживая улыбку. Ее пальцы скользнули по ткани, и она подняла ее, открыв тонкие кружевные стринги.
Я опустился на одно колено, мрачно улыбаясь, когда я опустил тонкий кусок белья вниз по ее ногам, открывая ее киску для меня.
— Помнишь, когда я впервые попробовал твою киску?
Она немного расширила свою позицию, делая небольшое нетерпеливое покачивание тазом.
— Как я могу забыть? Это было лучшее, что я когда-либо чувствовала. — ее голос был тяжелым от возбуждения.
— Я сделаю сегодняшний день еще лучше, — пообещал я.
— Пожалуйста, Римо, просто попробуй меня.
Я подсунул ладонь ей под колено и открыл ее, прижав ее ногу к двери.
— О, ангел, ты уже так чертовски готова к моему члену.
Ее глаза сузились.
— Мне все равно. Сначала я хочу твой язык. А теперь замолчи.
Я усмехнулся, до смешного возбужденный ее желанием и властностью. Засунув в нее два пальца, я начал сосать ее клитор. Она вскрикнула, одной рукой сжимая мою голову, в то время как я попеременно посасывал ее комочек и ее мягкие губы, в то время как мои пальцы глубоко работали в ней.
Ее влажность и пьянящий запах ее возбуждения сводили меня с ума от желания, мой член был близок к горению. Я просто хотел трахнуть ее, но сначала она получит то, чего хочет. Ее стоны и всхлипы стали более отчаянными, когда я подвел ее близко к краю, только чтобы освободить клитор и пососать внутреннюю часть ее бедра, мои пальцы замерли.
— Римо, — сказала она, наполовину сердясь, наполовину отчаявшись.
Я сомкнул рот над ее клитором, вонзив в нее пальцы, и Серафина выгнулась, выкрикивая мое имя, когда ее освобождение сотрясло ее тело.
— Готова к тому, чтобы тебя трахнули прямо сейчас? — прорычал я.
— О да, — простонала она, ее мраморные щеки вспыхнули от желания.