Агент уверенно прошел по узким лестницам и переходам, столь же уверенно пересек залы «Птицы мира», «Африка», «Млекопитающие плейстоценового периода» и наконец вышел в знаменитую Ротонду.
– Вы хорошо знакомы с музеем, – сказала Нора, стараясь не отставать.
– Да, – коротко бросил специальный агент.
Через несколько секунд они вышли из тяжелых бронзовых дверей и спустились по массивным ступеням на подъездную аллею. Пендергаст остановился у подножия лестницы и повернулся лицом к Норе. В лучах яркого солнца его глаза стали почти белыми, с едва заметным намеком на голубизну.
– Вы знакомы с «Актом об охране археологических и исторических ценностей Нью-Йорка»? – спросил он.
– Естественно.
Это был закон, запрещающий проводить раскопки или строительство, если во время работы обнаруживаются предметы, имеющие археологическую или историческую ценность. Работы возобновляются лишь после того, как профессионалы извлекут и опишут найденные образцы.
– В Нижнем Манхэттене строители вскрыли одно любопытное место. Вы приглашаетесь в качестве археолога-наблюдателя.
– Я? Но у меня нет ни опыта, ни полномочий...
– Опасаться не стоит, доктор Келли. Мне почему-то кажется, что срок вашего пребывания на этом посту окажется весьма недолгим.
– Но почему именно я? – недоуменно спросила Нора.
– Потому, что у вас есть опыт работы на раскопках подобного рода.
– И что же это за раскопки?
– Погребение.
Она молча подняла на него глаза.
– А теперь, – сказал он, показывая на «роллс-ройс», – нам пора в путь. Прошу. Только после вас.
Глава 4
Нора вылезла из «роллс-ройса», с раздражением ощущая, что является объектом всеобщего внимания. Что касается Пендергаста, то он закрыл за ней дверцу автомобиля с индифферентным видом, словно не замечая несовместимости элегантной машины с пылью и шумом строительной площадки."
"Они перешли через улицу и остановились перед высокой изгородью из металлической сетки.
На строительную площадку со всех сторон пялились пустыми глазницами окон давно брошенные дома.