В двадцати футах от себя она увидела проход в стеллажах в стороне, противоположной той, где находился преследователь. Нора подбежала к проходу, нырнула между полками и с удвоенной скоростью помчалась в обратном направлении. Свернув на очередном пересечении в другой проход, она остановилась и прислушалась.
Звук шагов звучал довольно глухо. Теперь от преследователя ее отделяло несколько рядов стеллажей.
Нора повернулась и возобновила движение, стараясь ступать как можно тише и при этом выдерживать максимальную дистанцию между собой и фигурой в черном.
Прежде всего ей следует определить, где она находится. Если продолжать бесцельный бег, то он в конечном итоге ее поймает.
Девушка еще раз огляделась по сторонам. Проход, в котором она находилась, упирался в стену. Она достигла конца архива.
Низко пригнувшись и прислушиваясь к шагам неизвестного, Нора с максимально возможной скоростью двинулась вперед в полутьму. Вдруг из полумрака прохода вынырнул какой-то предмет. Нора пригляделась и увидела, что это не что иное, как прикрепленный к стене череп трицератопса. В скверном освещении она могла различить лишь контуры черепа чудовища.
У нее словно тяжесть спала с плеч. Где-то здесь должен находиться Пак, и преследователь не посмеет напасть одновременно на двоих.
"Нора уже открыла рот, чтобы окликнуть старика, но, вглядевшись в неясные очертания головы динозавра, делать это не стала. Силуэт черепа показался ей странным, в нем присутствовало что-то лишнее. Девушка стала осторожно приближаться и, сделав всего лишь пару шагов, замерла.
На рогах динозавра висело обнаженное по пояс тело. Руки и ноги трупа свободно свисали, а окровавленные рога глубоко вонзились в спину покойника. Казалось, что трицератопс поддел человека своим страшным оружием и вскинул его вверх.
Нора отступила на шаг. Ее ум фиксировал все детали, хотя девушке казалось, что она видит эту ужасающую сцену откуда-то издалека. Лысина, обрамленная космами седых волос, дряблая кожа, иссохшие руки. В месте, куда вонзились рога, зияла огромная рана. У основания рогов скопилась кровь. На обнаженном торсе остались следы от кровавых ручейков, а на мраморе пола образовалась темно-красная лужа.