Кабинет диковин

Интересно, откуда у него столько бабок?

– Билл Сми... один из моих бывших знакомых говорит, что слышал о старых семейных капиталах. Фармацевтический бизнес или что-то в этом роде.

– Хм-м...

После этого они погрузились в молчание, вслушиваясь в шепот воды. Через несколько минут дверь снова открылась, и появился Пендергаст.

– Не могли бы вы оба проследовать за мной? – спросил он.

Нора и О'Шонесси прошли через дверь, а затем по длинному затененному коридору. Большинство выходящих в него дверей было закрыто, но Нора успела увидеть библиотеку, заполненную переплетенными в кожу томами.

В библиотеке находился музыкальный инструмент из розового дерева, очень похожий на клавесин. На стенах другой, довольно узкой комнаты, двери в которую стояли открытыми, висели четыре или пять полотен маслом в тяжелых золоченых рамах. Третье помещение не имело окон, стены там были из рисовой бумаги, а на полу лежали татами и многочисленные маты. Комната была огромной и поэтому казалась совершенно пустой. Освещение всех помещений, которые успела увидеть Нора, оставляло желать лучшего. Наконец Пендергаст привел их в зал с высоким потолком и стенами, облицованными резными панелями из черного дерева. В дальнем конце зала находился прекрасно декорированный камин, а три огромных окна смотрели на Центральный парк. Всю правую стену помещения занимала подробнейшая карта Манхэттена, каким тот был в девятнадцатом веке. В центре комнаты стоял большой стол, на котором лежали полусгнивший зонт, прокомпостированный билет надземки, кусок угля и осколки стекла. "

"Стульев в комнате не имелось, поэтому Нора встала чуть в стороне, а Пендергаст принялся ходить вокруг стола, не сводя глаз с лежащих на нем предметов. Агент ФБР чем-то напоминал акулу, кружащую вокруг намеченной жертвы. Наконец он остановился и посмотрел вначале на нее, а затем на О'Шонесси. В обращенном на нее взгляде Нора увидела не просто внутреннее напряжение, а какую-то одержимость, и это ее слегка встревожило.

Пендергаст повернулся лицом к карте, заложил руки за спину и некоторое время молча на нее смотрел. Затем он заговорил, – заговорил негромко и задумчиво, словно обращался к самому себе:

– Нам известно, где работал доктор Ленг. И теперь следует найти ответ на более трудный вопрос. Где он жил? В какой части этого многолюдного острова скрывался наш добрый доктор?

Благодаря доктору Келли мы имеем важные ключи, которые позволяют сузить круг наших поисков.