– Кроме документов, Уиллрайт пожертвовал публичной библиотеке довольно значительную сумму.
– Это объясняет, почему его коллекция все еще хранится.
Пендергаст согласно кивнул.
– Но она заслуживает не больше чем седьмого уровня.
Пендергаст снова ограничился кивком.
– Что вас в ней интересует, лицемерный соблазнитель?
– Если верить некрологу, Уиллрайт занимался научной работой. Он изучал историю крупных земельных собственников Нью-Йорка. Для этого он, в частности, собирал копии всех документов по сделкам с недвижимостью, проходивших через его управление.
– Но мне кажется, что более полную информацию по этим вопросам можно найти в Нью-Йоркском историческом обществе, – прищурив глаза, сказал Врен.
– Это действительно так. Или, вернее, так должно быть. Но документы по некоторым сделкам необъяснимым образом исчезли из их архивов. В первую очередь это касается владений, стоящих вдоль Риверсайд-драйв.
– И поэтому вы пришли ко мне.
В ответ Пендергаст протянул ему сверток."
"Врен принял пакет, благоговейно повертел его в руках и разрезал бумагу переплетным ножом. После этого он положил книгу на стол и стал освобождать от обертки. Создавалось впечатление, что о присутствии Пендергаста он просто забыл.
– Я вернусь через сорок восемь часов, чтобы познакомиться с даром Уиллрайта и забрать свой иллюстрированный манускрипт, – сказал Пендергаст.
– Это может занять больше времени, – ответил Врен, стоя спиной к Пендергасту. – Коллекция в целом виде могла и не сохраниться.
– Я верю в ваши таланты.
Врен, пробормотав нечто нечленораздельное, натянул свои перчатки, нежно открыл застежки и впился жадным взглядом в написанные от руки страницы.
– И еще кое-что, Врен.
В тоне Пендергаста было нечто такое, что заставило любителя литературы оглянуться через плечо.
– Вы не будете возражать, если я попрошу вас вначале найти для меня материалы Уиллрайта, а уж затем приступить к изучению манускрипта?
– Агент Пендергаст, – с видом оскорбленного достоинства произнес Врен, – вам прекрасно известно, что ваши интересы для меня всегда на первом месте.
Пендергаст взглянул в лукавое лицо старика, на котором теперь читались обида и негодование.
– Да, конечно, – сказал Пендергаст и неожиданно исчез в тени стеллажа.