От магистрали дом отделяла служебная дорога, образуя с Риверсайд-драйв небольшой, свободный от застройки треугольник. Кнопок домофона рядом с дверью Смитбек не увидел, а все окна первого этажа были плотно забиты досками и прикрыты листами жести. Судя по всему, дом никогда не дробили на отдельные квартиры, и он подобно большинству своих собратьев по Риверсайд-драйв был давным-давно брошен своими владельцами. Эти дома было очень дорого содержать, накладно сносить и еще дороже – перестраивать. Почти все подобные здания перешли за неуплату налогов в собственность города, а город бросил их на произвол судьбы.
Смитбек потянулся через пассажирское место, чтобы лучше рассмотреть дом. Окна верхнего этажа остались незаколоченными, и ни одно из стекол не было разбито. Превосходно. Именно в таком особняке и должен был жить серийный убийца. «Фото на первой полосе», – подумал Смитбек. Журналист представил, как его статья заставит полицию начать расследование, что, в свою очередь, приведет к обнаружению новых тел.
Теперь следовало решить, как поступить дальше. Неплохо было бы заглянуть в окно, если удастся найти место для парковки.
Отъехав от тротуара, Смитбек снова обогнул квартал и в поисках свободного места проследовал дальше по Риверсайд-драйв. Несмотря на нищенский статус района, обилие машин поражало. Улица вдоль тротуаров была уставлена каким-то металлоломом: престарелыми «эльдорадо», которые, судя по раскраске, могли принадлежать лишь сутенерам, и «универсалами» с огромными динамиками над задними сиденьями.
Втиснув арендованную машину между парой подозрительного вида автомобилей, Смитбек внимательно огляделся, вылез из машины, запер дверцу и быстро (но не так быстро, чтобы привлечь внимание) зашагал на юг, к Сто тридцать седьмой улице.
Дойдя до нужного угла, журналист замедлил шаг и вразвалку побрел к крытым въездным воротам в середине квартала. У ворот он остановился и внимательно осмотрел дом, делая все, чтобы выглядеть случайным зевакой.
В свое время это было весьма величественное сооружение.