– Вы урезаете мой бюджет?!
– Да, – кивнул Брисбейн. – Общее сокращение на десять процентов. По всем научным подразделениям.
Почувствовав, что ее начинает бить дрожь, Нора изо всех сил вцепилась в подлокотники рахитичного кресла. Девушке захотелось как следует высказаться, но, вспомнив о своей клятве, она предпочла промолчать.
– Расходы на новый зал динозавров оказались значительно больше, чем мы предполагали. Поэтому я так обрадовался, услышав ваши слова о том, что это небольшие деньги.
Норе удалось восстановить дыхание, и, стараясь говорить как можно мягче, она произнесла:
– Мистер Брисбейн, подобное сокращение финансирования не позволит мне завершить исследование.
– Боюсь, что нам придется это сделать. Поймите, научно-исследовательская работа занимает лишь небольшую часть во всей деятельности музея. Мы связаны обязательствами по проведению выставок, необходимо открывать новые залы и развлекать публику.
– Но фундаментальные научные исследования являются основой этого учреждения. Лишившись научной базы, музей превратится в пустое шоу, – начав горячиться, сказала Нора.
Брисбейн поднялся с кресла, обошел стол и, остановившись перед стеклянным шкафом, сунул ключ в замочную скважину.
– Вам когда-нибудь доводилось видеть изумруд «Тев Мираби»?
– Видеть что?
Брисбейн открыл дверцу и снял с бархатной подложки изумруд без огранки размером с яйцо дрозда. Держа камень между большим и указательным пальцами, он сказал:
– «Тев Мираби». Безукоризненный камень. Как специалист по призванию, могу авторитетно заявить, что изумруды подобного размера всегда имеют недостатки.
Он поднес прозрачный камень к глазу. Глаз сразу стал похож на орган зрения комнатной мухи под большим увеличением.
– Взгляните, – предложил Брисбейн.
Нора удержалась от едкого замечания и взяла изумруд.
– Поделикатнее, пожалуйста. Не надо его ронять. Изумруды очень хрупки.
Нора осторожно повертела камень в пальцах.
– Не стесняйтесь. Мир сквозь изумруд представляется совсем иным.
Она поднесла камень к глазам и увидела искаженный зеленый мир, в котором плавало создание, изрядно смахивающее на зеленую медузу.
– Очень интересно, мистер Брисбейн. Но...
– Ведь правда безукоризненный камень?
– Вне сомнения. Но мы обсуждали иные материи."
"– Сколько, по вашему мнению, он может стоить? Миллион? Пять? Десять? Это вещь уникальная, и, продав ее, мы можем разом решить все наши финансовые проблемы.
Он фыркнул и снова поднес изумруд к глазу.