— Теперь представь, что рука согревается и в ней светится огонёк!
— Да ну…
— Давай-давай! Согревается маленький палец, потом тот, что рядом…
— Безымянный?
— Ну, зови так. Потом длинный
— Средний…
В ладонях вдруг полыхнуло, и я вскрикнул.
Огонь тут же погас, а руки на этот раз стали совершенно холодные. Даже замёрзли немного. Разрядились?
— Белый! — заворожённо прошептала Шасти. — Ты видел? Это был совершенно белый огонь!
Интерлюдия
— Ну и что ты скажешь теперь? — тихо спросил Айнур фехтовальщика Чиена, когда тот вернулся к костру.
Ночь прояснилась вдруг. Стало видно огромные костры звёзд на седьмом небе Тенгри. Памятливый Качар перестал балагурить и завёл сказание про богов и духов, тайно живущих среди людей.
Чиен подсел к командиру поближе и поворошил огонь.
— Скажу то же, что уже сказал: безродный мальчишка в тринадцать зим не может так биться и так говорить с людьми. — Фехтовальщик был задумчив, но, как и всегда, спокоен и сдержан в эмоциях. — Наш «заяц» — совсем не заяц, а дракон, — пояснил он свои сомнения.
— Но черты его — незнакомые! — Айнур едва удержался от крика."
"У драконьей крови — худо со сдержанностью. И если на людях Айнур надевал маску сурового молчуна, то при своих — то и дело срывался. Причин-то у командира всегда хватает, чтобы поорать.
Ведь как было бы здорово, отыщи они сейчас младшего княжича, что позабыл себя от магических ран.
Княжич с рождения — ведь та же драконья кровь — был своевольным. Чуть что — хватался за меч.
Позабудь он свои дурные манеры, всем была бы от этого только польза. Айнур смог бы продолжить командование, а воины обрели бы надежду в младшем сыне правителя Юри.
Но «заяц» оказался похож на княжича только ростом да тем, что перекидывал меч из правой руки в левую.
Хитрый, сдержанный.
Может, это вайгальские колдуны изуродовали его?
Или он сам — вайгальский колдун, надевший чужую личину? Но тогда почему бы вайгальцам не сделать колдуна с лицом княжича? Не объявить об этом в городе, в надежде, что соратники отыщут его и попадут в ловушку?
— Что скажешь ты? — упрямо повторил Айнур. — Ты учил его драться с тех пор, как он смог поднять деревянный меч!
— Да ничего я не понимаю, — мрачно отозвался Чиен, гоняя палочкой уголёк.