Охотники-то сами себе работу найдут, а профи пока сидят у Шонка на шее. Вот и будут плести забор!
Задобрив Шонка обещаниями и слегка ограбив, я разыскал Ичина. И выяснил, что вопрос с мясом он тоже начал решать. И вполне успешно.
Я видел только пеших воинов и решил, что их крылатые волки остались в горах. Но оказалось, что Ичин просто не повёл своих зверей в наш лагерь. Здесь у нас — свой крылатый вожак, а Гиреш — волк Ичина — мог начать устанавливать другие порядки. Растаскивай их потом.
Потому шаман приказал отпустить крылатых кормиться.
Это было хорошее решение и экономило нам баранов. Две-три маральих туши — и вопрос решён. А может, и рыбка будет: река выглядела многообещающе.
Успокоившись, я начал обходить лагерь, проверяя, кто чем занят.
Шасти возилась с дедушками — поила их чаем, кормила разговорами. Айнур, Ичин и Майман разделили обязанности по подготовке вечернего обряда — работа так и кипела.
Видя, что все пашут, я решил присоединиться к старшей группе «лётчиков». Мой волк, Мавик, бузил и не подпускал других наездников. Пора и ему заняться делом.
Площадка для полётов была отмечена несколькими большими камнями, которые служили в полёте ориентирами для приземления.
У одного из камней грустно сидел Кима.
— Ты чего? — спросил я.
— Так вот… — он задрал рубаху и показал свежую повязку.
— Шасти поймала и перевязала? — спросил я.
— Ага, — вздохнул он. — Она рану вскрывала, мазью шипучей мазала. Йорду сказала, чтобы сегодня меня не брал. Все летают, а я…
— Ничего! Ещё налетаешься! — я легонько хлопнул его по плечу и побежал к волкам.
У нас их теперь было даже в избытке. Больше десятка осталось лежать на травке.
Мавик тут же вскочил и полез ластиться. Потрепав его по шее, я оглянулся: осенило, что Киму можно отпустить к рыбакам.
Но Кимы уже не было возле камня! А куда он мог деться?
Я забрался Мавику на спину и послал его вверх.
Вон он, Кима! Идёт с Эльдэ, сыном Чиена, в сторону леса. Торопятся, оживлённо болтают. Это куда они, интересно, намылились?
Интерлюдия
Кима сидел на камне и вертел в руках нож.
Хороший нож, перекованный из привезённой из-за перевала стали. Последняя память о старшем брате. И она немножечко помогла сегодня.