— Давно пора отрезать тебе голову! — дразнилась она. — Все этого хотят! Вот только без татуировки — какая ценность в твоей голове? Даже на шест её не насадишь — никто не поймёт, чья!
Когда Нишай закончил свои дела, девушка забрала горшок. Встала, чтобы отнести его к выгребной яме и выплеснуть содержимое.
Однако заметила неподдельное отчаяние на лице парня, сжалилась и остановилась у входа:"
"— Да пошутила я! — сказала она совсем другим тоном. — Кай — не такой как все. Он пощадил дикого крылатого волка. Меня спас, а я — нечаянно сожгла военный лагерь его рода.
— Так меня-то не зря, — пожал плечами Нишай.
Он чувствовал облегчение. Всё-таки как мало надо человеку для счастья.
Может, и смерть станет таким же облегчением? Ведь мучить — точно не будут. Чирк по горлу — и всё…
Нишай вздохнул: он не любил крови. Одно дело тихо и мирно скормить пленника демонам, другое дело — грязь, брызги…
Как хорошо, что он не увидит себя в луже крови. Ведь так обязательно будет.
Юный колдун понимал, что его не убили из-за охотника, чьё тело он надел, как штаны и рубашку. Если Кай сумеет забрать у него тело — то и убивать будет не надо. Его душа, лишённая клетки из костей и мяса, сама свалится прямиком в озеро Эрлика.
Колдун поёжился — из приоткрытой двери дуло.
Шасти вернулась и жалобно глядела на него, стоя у очага.
На улице заверещала голодная драконица. Но кормить её ночью никто, разумеется, не собирался.
— А ты знаешь, что сегодня — девятая ночь луны? — спросил Нишай.
— Знаю, — кивнула Шасти. — Но луна так и не показалась на небе. Я не справлюсь с таким трудным гаданием без луны.
— Так я тебе помогу, — улыбнулся Нишай.
— А зачем? — настороженно спросила девушка.
Она испуганно замерла, словно маленький суслик-имуранг. И колдун понял — Шасти очень боится сидеть с ним вдвоём в юрте. Знает, что он хитёр и силён даже без магии.
Девушка отчаянно трусит, как утка, оберегающая утят. Защищает своего Кая, показывает всем, что сильная и храбрая.
Маленькая озёрная уточка…
— В книге есть глава «Тёмные гадания», — подсказал он. — Открой, если хочешь.
Шасти заколебалась. Ей очень хотелось попробовать новое гадание.
Нишай молчал. Он понимал: начнёшь уговаривать, и девушка решит, что он задумал какую-то гадость. А погадать ему тоже очень хотелось.
Маленький росток нового мира — Шасти тоже дала ему горшок — потихоньку раскрывал свою, ещё неясную, суть.