— Нишай — мастер чёрного слова! Да, сам он не сражался с нами! Но именно такие, как он, лепили печати на воинов, с которыми мы бились в долине Эрлу!
— Айнур, ты же видел, что не на каждого можно налепить печа?.. — В ораторском порыве я неловко взмахнул рукой и попал в мокрый волчий нос.
Это Мавик подкрался, протиснулся между Темиром и Истэчи и ткнул меня носом, требуя оленины. (Не все волки любили жареное, но этого я сам приручил. Если ещё и Ниса заявится…)
— Печать! — я схватил нахального волка за загривок.
— Колдун враг!
— Он будет связан!
— Он сбежит вместе с твоей верёвкой!
— Во, пусть бежит, — ухмыльнулся Майман, благостно взирающий на нас с высоты своего огромного роста. — Я мешочек-то далеко убирать не буду. Чую, доиграется ещё наш колдун до моего замечательного мешочка.
— А если он действительно убежит? — спросил Чиен, хмуро разглядывая меня.
— Верёвка не просто связывает колдуну руки, — сказала Шасти. — Стоит Нишаю отойти от юрты дальше положенного — она обовьётся вокруг тела. Если будет ползти прочь — задушит.
— А, ну если так… — Чиен хмыкнул и махнул рукой, чёрт с вами со всеми.
Он вытащил нож и пошёл к туше, которую шумно и аппетитно разделывали.
Айнур выругался, посмотрел на весёлую рожу Маймана, вскочил и быстро пошёл к юрте.
— Эй, военачальник? — окликнул его Майман. — А пир-то никто не отменял!
Но Айнур только ускорил шаг.
Чиен оглянулся и, ругаясь, побежал за ним. Трудно быть другом большого начальника — даже пожрать некогда.
Майман похмыкал, развёл лапищами, мол, война-войной, а кушать-то хочется, и присоединился к воинам, срезающим мясо с оленя.
Я раздобыл косточку для Мавика и отправил его спать — только волка мне сегодня и не хватало.
Пока я выяснял отношения, Шасти решала проблемы с жертвами магии.
Она приволокла из юрты кусок войлока, чтобы Нишай с Акамом могли отлежаться на тёплом и мягком — вечером в горах прохладно даже летом.
Помог ей уложить Нишая и охотника на войлок. Это Шасти хорошо придумала. Не на руках же их в юрту тащить?
Я думал, что Нишай перенесёт процедуру лучше охотника, но вышло наоборот. Акам был заторможен, путался в руках и ногах, но и только.
А вот колдуну, похоже, прилетело сильнее.