Одним словом, у меня есть для тебя чудеснейшее предложение. Так как руку и сердце мои ты уже получила, то давай дам еще и денег?
– Не увиливай!
– Даже в мыслях не было.
– Тогда говори прямо, за что это ты готов заплатить?
– За твое присутствие в моей жизни. И постели. Стоп! Мы договорились не кричать. Постель можно посещать не часто, только пока не появятся внуки.
– Внуки? У нас?!
– У Мег. Это моя бабуля.
Я откинулась на спинку дивана, совершенно не понимая, что он там только что наговорил.
– Эмма?
– Хьюго, милый.
Он хотел ответить сразу, но всмотрелся в мое лицо, и что-то в нем заставило мужа покачать головой:
– Нет, конечно.
– Тогда?..
– Я хочу два года брака с тобой! – выдохнул он. – И если сама решишься – заведем детей."
"Мне по-прежнему было многое неясно. Я смотрела на новоиспеченного мужа и гадала про себя, что он хочет на самом деле.
– Слушай. – Он взмахнул рукой, замер.
Он умолк. Коснулся шеи, начал растирать ее с остервенением, его ноздри раздулись, как у быка.
– Мег? – подсказала я. – Бабуля владеет всеми вами?
– Акциями! Контрольным пакетом.
– Угу. – Я усмехнулась. – И она потребовала от тебя женитьбы?
– Срочно, – кивнул он.
Хьюго совсем взбесился. Кажется, он забыл, с кем говорит, решив исповедоваться мне, как священнику. Он разводил руками, шумно дышал и бегал взад-вперед, вываливая на меня подробности их семейных дел:
– Ненормальная старуха, понимаешь?! Ходит всюду со своей псиной, смотрит на нас, как на вассалов, требует вечно что-то: поди сюда, да не ты, а он. Сама меняет любовников как перчатки, а мне сказала, чтоб…
– Кто меняет любовников? – перебила я.
Хьюго умолк, посмотрел на меня и наконец вспомнил, кому изливает душу.
– О! – Миг, и он заулыбался, будто позируя в рекламе зубной пасты. – Эмма, будешь чай?
– На самом деле… – Я собиралась сказать ему, что не собираюсь задерживаться в этом гнезде разврата. Даже с презрением посмотрела на диван – мало ли чем тут Хьюго со своими подружками занимался?
– Или сходим в ресторан? – спросил он.
И… я кивнула.