Эта фраза погрузила кабинет в полную тишину.
– Вы слышите, сеньор Д’эстри? – уточнил спокойно Энди. О, я знаю, как он умеет прикидываться «хорошим», когда надо. – Это новая угроза.
Анхель громко прокашлялся и бросил недовольный взгляд в нашу сторону.
– Может мы рассмотрим сумму в три тысячи лир и забудем об извинениях? – предложил неуверенно историк.
Энди замешкался. Сумма была огромной и очень соблазнительной.
– Четыре тысячи, – заявил мой бывший муж, и его распухшие губы растянулись в жалком подобии улыбки.
– По рукам, – Анхель не теряя ни секунды вскочил на ноги и полез за чековой книжкой…"
"Через пятнадцать минут мы выходили из Жандармерии в полном молчании. Анхель бросал на нас злые взгляды, а мы с Нэйтом переглядывались и пытались сдержать улыбки.
– Вы смерти моей хотите?! – начал возмущаться Анхель, как только мы оказались на улице.
– Мы тут по делу были. Разве Герхард не сказал тебе… – пытался пояснить Нэйт, но историк тут же махнул рукой, останавливая его.
– Все он рассказал.
Мы с Нэйтом удивленно посмотрели на покрасневшего от злости лицо историка, спешащего к экипажу.
– Тарелочки ей не те, шторы у меня убогие! Шкаф уже перебрала и выкинула мои любимые рубашки, назвав их «домиком для моли»! А мой дом вообще обозвала мужским приютом! Везите ее обратно к бандитам! Я заплачу!
Глава 38
Нэйт
Уже полчаса я хозяйничал на кухне Агаты, пока она принимала ванну и приводила себя в порядок.
Анхель сидел за кухонным столом и продолжал со мной торговаться, умоляя увезти из его дома Дебору Офир, а я улыбался и сражался с яичницей, которую готовил второй раз в жизни.
Уж очень меня одолевал голод после ночи, проведенной в тюремных стенах.
– Прекращай плакаться, старик, – потешался я. – Твоему дому действительно не хватает женской руки. Да и тебе самому она не помешает.
За моей спиной раздался обреченный вздох Анхеля.
– Нэйт, я сболтнул ей о магическом мире.
Одна фраза – и я стремительно обернулся, напрочь забыв о чувстве голода.
Уставился на Анхеля, надеясь, что ослышался.
– Ты что?
– Сболтнул наш секрет.