У Стеффи же были обычные карие.
– Нехорошо вваливаться без предупреждения в комнату девушек! – парировала подруга и воинственно задрала подбородок.
– Мне это позволяют родственные узы. К тому же, – он демонстративно потряс листовкой, – у меня есть шанс спасти кого-то из вас от неосмотрительно глупого поступка.
– Не меня! – тут же с ужасом открестилась подружка. – Я только наблюдать буду.
– Вот ты сейчас, сестренка, разом выросла в моих глазах. И кто же у вас так сглупил?
Предательница пожала плечами и ткнула в меня пальцем:
– Она.
– Правда, что ли? – Дан даже приподнялся на локте, словно пытался меня получше разглядеть. – Ты хоть представляешь, какие испытания тебя ждут? И как проходит отбор?
– Нет… – пробормотала я. – Откуда?
Почему-то растерялась из-за напора и непосредственности брата с сестрой. Даже не сообразила уточнить, что решение участвовать в отборе было принято без моего ведома. Но это неважно. Я же согласилась.
Список испытаний менялся каждый год, поэтому подробности отбора знали только те, кто в нем участвует.
– Ну тогда лови! Прикоснись к прекрасному!
Дан кинул в меня листок. Я на автомате поймала, прочитала и замерла, понимая, что, наверное, начинать вообще не стоит. Первое задание было идиотским и опасным. Сверхидиотским и крайне опасным. Даже странно, что его огласили публично. Впрочем, сейчас предстоял отборочный тур.
– Не могу сделать такое… – сказала я и сглотнула. Захотелось выкинуть листовку подальше.
– Что ты не можешь сделать?
В нашу комнату заглянула Элси и строго посмотрела на всех собравшихся. Потом, заметив листовку, закрыла дверь. Во избежание лишних ушей.
– Это задание, да? – требовательно спросила она, откинув на спину светлую гриву.
– Это не задание! – Я потрясла листовкой. – Это издевательство.
– Конечно, издевательство! – Дан пожал плечами. – Давай смотреть правде в глаза, ты явно не первая красотка курса. Да и не вторая тоже.
– Ну и при чем тут это! – взъярилась на брата Стеффи.
А я не могла оторвать взгляд от задания. Даже то, что меня откровенно обозвали «некрасавицей», не обидело. Я и так знала, что самая обычная, и никогда не страдала по этому поводу.