Почему не спрашиваете про гонорар?
– Про гонорар?
– Странник, может, вы не только влюбились, но еще и стали бессребреником?"
"– Отнюдь. От денег, конечно же, не откажусь. Просто ждал, когда вы сами эту тему поднимете…
– О деньгах чуть позже. Так что у вас с этой вот женщиной? – Янус кивнул в сторону бунгало. – Вы что, влюблены в нее?
– Ни о какой влюбленности речи не идет. – Я натужно усмехнулся. – Тот самый циничный расчет, о котором вы говорили как об одном из моих личностных качеств.
– Поясните, о чем речь.
– Если случится худшее, если ее приговорить прямо сейчас… причем не суть, кто ее мочканет, ваши ли подручные или я… то ее труп все равно повиснет на мне. Не так ли?
– Три жмура или четыре – какая разница. – Янус криво ухмыльнулся под маской. – Все они будут числиться вашими жертвами… Если, конечно, вы попытаетесь взбрыкнуть.
– Это вам без разницы, Янус. А меня с этой женщиной видели в Натхоне…
– И что из того? Какая-то кривая у вас нынче логическая цепочка выстраивается… не улавливаю!
– Мы провели в отеле почти сутки… вместе, имеется в виду.
– Надо же, как вы были неосторожны.
– Ну нельзя же прожить всю жизнь, будучи на стреме, – угрюмо заметил я. – Не ошибаются только мертвые… Так вот. Если что-то пойдет не так, полиция легко свяжет мою личность с этой женщиной.
– Безусловно. – Янус кивнул. – Вот сейчас вы мыслите в верном направлении.
– Это первое… И второе. Раз уж горячка первых минут нашей столь неожиданной для меня встречи схлынула, то скажу следующее… Она, эта женщина, для меня что-то вроде страховки. Ну, или индикатора…
– Чего-чего?
– Индикатора ваших намерений. Пока она будет жива и пока у меня будет возможность знать – объективно! – что с ней все в порядке, знать, что вы выполняете свои обещания, то и я, со своей стороны, буду спокоен за свою шкуру… В какой-то степени, естественно.
– Так, так… продолжайте.
– И, соответственно, я тогда сделаю все от меня зависящее, чтобы исполнить свою часть нашего уговора. Сделаю это, твердо зная, что вы держите слово. Теперь вам понятно, Янус, почему я так настаиваю на том, чтобы вы сохранили жизнь этой женщине?
На какое-то время повисло молчание. Диспетчер добрую минуту сверлил меня взглядом сквозь вырезанные в маске щели.