— Это что за зверь?
— Деревня, — осуждающе сказал химик. — Может, слышал о Двойной Радуге? Никакого привыкания, кроме психологического, никаких патологических изменений. Можно глотать всю жизнь, лишь бы денег хватало.
— И много клиентов? — Ник пододвинулся еще и оказался в каких-то трех метрах от мужчины.
— Все, кто может заплатить. — Химик неожиданно улыбнулся. — За такие разработки вообще-то премия Ханвила как минимум полагается.
— Чья премия? — Ник повернулся к мужчине правым ухом. — Ты извини, я плоховато слышу.
— Это просто очень много денег, — терпеливо пояснил ученый. — Просто огромная куча.
— Больше, чем за наркоту? — Ник даже оторопел.
— Ну нет, конечно. — Химик пожал узкими плечами. — Но зато слава. — Он подозрительно посмотрел на сержанта. — А тебе это зачем?
— Тьфу, да ты чего. Где эта, как ты говоришь, Ханвила, а где я. Ну там срубить деньжат в быструю, ну покувыркаться с девчонкой. А там материи всякие…
— Смотри. А то у меня…
— Что? — Ник шагнул еще ближе.
— Я говорю: делиться не предполагаю…
— А не нужно делиться.
Ник в долю секунды сократил разделявшее их расстояние и, выбив из руки взрывное устройство, вторым ударом отправил мужчину в нокаут. Он еще успел закрыть от взрыва девчонку, когда устройство все же сработало.
Но то ли химик плохо рассчитал, то ли изготовленная впопыхах бомба оказалась недостаточно мощной, и взрыв лишь разворотил одну из стен лаборатории и разметал по углам оборудование.
Десантники, которые слышали весь разговор от начала и до конца, влетели в помещение лаборатории даже раньше, чем упали на пол последние обломки. Нашпигованного осколками, но живого химика уволокли на один из крейсеров и сразу засунули в регенерационный кокон, а Ника в покореженном и пробитом скафандре и спасенную им девочку отправили на «Гранит», где механики с помощью механического резака и какой-то матери вытащили его наружу и тоже засунули в кокон.
7
Разведку многие сравнивают с глазами армии, но я бы не согласился с такой трактовкой роли разведывательных органов.
Адмирал Том Хорам.