— Они чувствуют, когда женщина вынашивает их собрата.
Тая покосилась на двери, через которые попала сюда. Неужели тот мальчишка тоже почувствовал это?
— Хочешь сказать, что парень на крыльце, тоже дёрг?
— Конечно. Для них каждый ребенок — благословение. А женщина в положении священна неприкосновенно.
— Неужели? — недоверчиво хмыкнула Тая. — Что-то не верится.
— И почему же?
Она пожала плечами:
— Потому что отец моего ребёнка слишком-то ему рад.
Глава 21
— Об этом мы тоже поговорим за обедом.
Равель откинула бархатную портьеру, защищавшую вход, и жестом пригласила Таю войти в коридор.
Точнее, это была широкая галерея, украшенная мраморными пилястрами, простенки между которых занимали картины в тяжелых бронзовых рамах, а с потолка через каждые десять шагов спускались трехъярусные люстры на золоченых цепях. Кристаллы-светильники в этих люстрах горели рассеянным оранжевым светом, бросая блики на красочные полотна.
Картины шириной от двух до трех метров и высотой в метр-полтора изображали драконов всех мастей и размеров, сошедшихся где в смертельной битве, где в фантастическом танце.
Яркие сочные краски, тщательная прорисовка самых мелких нюансов, невероятная реалистичность деталей и поз — все это делало изображения живыми. Казалось, вот-вот раздастся шорох гигантских крыльев, драконы оскалятся, выпуская из пасти клубы огня, и сорвутся с насиженных мест.
Тая затормозила у одной из картин. Там, на фоне бури, черный дракон схватился с серебряным, и вокруг их фигур золотыми потоками сиял магический ореол.
— Как красиво! — выдохнула девушка, не сдержавшись.
Да, это тебе не репродукции в иллюстрированных журналах пролистывать и не фотографии, сделанные с телефона!
Завороженная, она шагнула ближе, вглядываясь в полотно. И в какой-то миг ей показалось, что черный дракон повернул голову и моргнул.
Она так и застыла с открытым ртом, не веря своим глазам. Но Равель быстро вернула в реальность.
— Идем, — ласково погладила по плечу. — Еще насмотришься.
"— Но он… он… — Тая не могла озвучить увиденное. Да и увиденное ли? Может, ей все пригрезилось?
— Шевельнулся? — понимающе хмыкнула Равель.
— Откуда ты…
— Догадалась. Ты же супруга Обсидианового, а эти картины созданы магией. Нет, это не Крейнеррин, — тут же поспешно добавила Равель, отвечая на ее молчаливый вопрос. — Это некий собирательный образ, олицетворяющий дух Обсидианового клана. Но магия картины отреагировала на твою брачную вязь.