Довольно быстро выяснилось, что такого сочетания цифр не было зарегистрировано ни на одном из милицейских номеров (равно как и среди гражданских). Специалисты соответствующего профиля, разумеется, намертво прилипли к Ксаночке и дежурному на предмет составления фоторобота, но Даше в успех верилось плохо – прежде всего оттого, что эти двое могут оказаться далекими от криминального мира и останутся неизловленными не потому, что их будут искать плохо, а потому, что невозможно предъявить Ксаночке для опознания все мужское население Шантарска…
Словом, не трагедия, но и не мелкая пакость.
Сама виновата. Хотела же оставить кого-нибудь для охраны, оправдывайся теперь перед зеркалом, что не подозревала, на сколько все серьезно.
– Иномарочники, – сказала Ксаночка.
– Что? – подняла голову Даша.
– Чаще всего такие физиономии в иномарках маячат. Ну, знаете – посигналят и начнут выспрашивать, что ты вечером делаешь и какой кабак предпочитаешь… Сытые, холеные рожи без неуверенности в глазах… Мне прямо сейчас рапорт писать?
– Сиди уж… героиня… – беззлобно ухмыльнулась Даша.
– А насчет «соседей» не понюхать осторожненько? – спросил он тихо и серьезно.
– Только этого нам не хватало… – устало сказала Даша.
Покосившись на курсантов, Паша нагнулся к ее уху:
– Понимаешь, Рыжая, мелькало там в показаниях ближайшего окружения Марго… Если быть точным, два раза. Она в последнее время путалась с кем-то из «бело-зеленых» – а кто сейчас шумковских разрабатывает, сама знаешь. Дважды Славке вполне определенно говорили, что Марго была под колпаком.
– Только этого нам не хватало… – повторила она убито.