— Углук пошарил у пояса и, не найдя кошеля, тяжело вздохнул и стиснул рукоять меча. — Ох, поймаю я этого купчишку!
— Не стоит. — Каспар помог орку подняться. — У меня есть предложение получше…
— Что, опять мечом помахать?
Если Углук и любил что-то больше, чем пожрать, так это хорошую драку.
— Ты угадал, отправляйся в «Кот и Ботинок», там обитает один из бойцов нашего отряда.
— Это такой маленький скопидом с топором и длинной бородой?
— Он самый, — кивнул Каспар.
— Ну какой он боец отряда? Только и может, что ворчать и пичкать чем попало своего мула.
— Кто какой боец — это вы меж собой решите, — остановил Каспар ворчание орка. — Иди в гостиницу, жди и веди себя смирно. Когда придет день отъезда, я за вами приду.
— Как будет угодно вашей милости. — И орк, чуть покачиваясь, двинулся в сторону «Кота и Ботинка».
Проводив его взглядом, Каспар поспешил домой. Поездка поездкой, а о доме, жене и сыне забывать не следовало, ведь с ними Каспару оставалось провести не так много времени.
7
Несколько последующих дней Каспар целиком посвятил делам хозяйственным. Сходил к заводчику Табрицию и лично отобрал двух лошадей мардиганской породы, мощных и выносливых, годных для боя и дальних переходов. Посетил оружейника, где заказал новые латы и шлемы, в соседней мастерской закупил стрелы для своего раскладного лука — для него годились только укороченные, с мягкими медными наконечниками, в отдельном мешке привез домой запас арбалетных болтов.
Экспедиция предстояла длительная, и продовольственных запасов оказалось столько, что для них пришлось покупать отдельную вьючную лошадь.
За оставшееся до отъезда время Каспар еще несколько раз обошел все городские кабаки, где собирались наемники, но никого не нашел. Отправляться втроем было бы неразумно, и он уже подумывал, не попросить ли у герцога несколько гвардейцев.
За всеми делами Каспар не забрасывал воинские упражнения, каждый день на несколько часов он запирался в зале и до пота и гудения в мышцах бился с хитроумными тренировочными машинами.
Генриетта взирала на все приготовления с неодобрением, но ничего не говорила. Она понимала, что отказаться от поручения герцога Каспар не мог. Хуберт следил за отцом блестящими глазенками, разъезжал по дому на деревянной лошадке и размахивал игрушечным мечом, поражая сонмы воображаемых врагов.
Не забывал Каспар заглядывать в «Кот и Ботинок», снабжая своих солдат деньгами.