Прибывшие в замок старики были напуганы, поскольку капитан ничего им не объяснил. Их пригнали, как колодников, и они уже полагали, что стали жертвами каких-то наговоров, когда вдруг увидели во дворе замка Генриетту и Хуберта – оба учителя их знали."
"– Что происходит, госпожа Фрай, мы ведь ни в чем не виноваты! – воскликнул Бразис, простирая к ней руки.
– Не пугайтесь, вас привезли, чтобы вы учили Хуберта и Еву.
– Еву? Какую Еву?
– Ева – моя дочь.
– Но почему здесь? – Бразис испуганно оглядывался, подавленный масштабами построек замка и множеством вооруженных людей во дворе.
– Потому что мы временно находимся под покровительством герцога.
К прибывшим учителям приближался де Кримон, но они его пока не видели.
– Но нам хотя бы будут платить? – спросил седой Ортман.
– Будут тебе платить, не переживай, – громко произнес де Кримон, чем, к своему удовольствию, напугал учителей. Они поспешно повернулись в сторону насмешливого, властного голоса и, увидев человека в серой шляпе с серебряным вензелем, низко ему поклонились.
– Вы станете получать в неделю, скажем… по пять серебряных монет. Как они у вас здесь называются?
– Рилли, ваша светлость, – поторопился подсказать Ортман, боясь поднять глаза.
– Этот болван принял меня за герцога!
Де Кримон расхохотался, стоявшие поодаль Хуберт и Ева тоже засмеялись, но Генриетта строго на них взглянула, и они затихли.
– Эй, прислуга, покажите этим грамотеям их апартаменты, завтра они должны дать детям первый урок.
Старцев повели к парадному крыльцу, а де Кримон подошел к Генриетте и, слащаво улыбнувшись, произнес:
– Какие у тебя щечки румяные, баба. Да и все остальное – очень основательное. – Граф сделал шаг назад и оглядел Генриетту сверху донизу. – Люблю я все такое – основательное.
Генриетта оглянулась, Ева и Хуберт не слышали слов графа.
– Не бойся, я же понимаю, тебе нужно подавать детишкам только хороший пример. – Граф хохотнул. – Но когда детишки спят, мамаша может позволить себе… Хе-хе!
– Я не для этого сюда приехала, ваше сиятельство, – ответила Генриетта как можно холоднее.
– За этим или не за этим, я об этом не спрашиваю. Если мне что-то нужно, я это беру.
Тогда Генриетта просто ушла от назойливого графа – это было вчера, а сегодня утром она постаралась убедить себя, что это была лишь неуместная шутка и де Кримон отстанет от добропорядочной матери двоих детей.
Когда башенные часы отбили девять, принесли завтрак.