— А ты опять получил удар в ногу. — Каспар намеренно отвлекал Бертрана разговором, промывая смоченной в воде тряпицей его рану.
— Такова, видимо… моя судьба, — ответил тот. — Но все же лучше, чем по голове… Ой!
— Потерпи, твоя мазь оказалась самой жгучей… Готово! Углук, перевязывай его.
Все еще морщась — порез на лбу немного саднил, — Углук стал тщательно бинтовать ногу Бертрана чистой тряпицей.
— Как же так получается, ваша милость? — удивлялся он. — Почему, когда получаешь рану, боли меньше, чем когда ее лечишь?
— Вот уж не знаю.
— Это я с удовольствием.
Гном и эльф обошлись в схватке без повреждений, правда, Аркуэнон выглядел несколько растрепанным, но Каспар знал, что тот быстро приходит в норму.
Осмотрев место боя и не обнаружив ничего для себя интересного, путешественники забрались в седла и отправились дальше, сопровождаемые взглядами перепуганных уцелевших жителей деревни.
Спустя четверть часа все встало на свои места — эльф восседал на лошади с надменным выражением лица, Бертран с отсутствующим видом смотрел на дорогу, Углук жевал кусок сушеной конины, а Фундинул все еще переживал недавнюю схватку.
— Ух, а как я его… а он меня… А вы, ваша милость, здорово этого белобрысого: раз — в ногу, два — по голове! Здорово размялись!
— Размялись, — согласился Каспар. — И еще не раз разомнемся — такая наша наемничья доля.
14
Башня магического ордена Кошачьей лапы представляла собой мрачное строение из темного камня, стоявшее на территории королевского дворцового комплекса в Харнлоне, однако на некотором удалении от остальных построек — король Ордос Рембург Четвертый стремился контролировать деятельность магического ордена, но не желал страдать от экспериментов, которые там проводились.
За ограждавшую владения ордена стену посторонних не пропускали, а в подземные лаборатории могли спускаться только сильнейшие из магов, в том числе глава ордена — грандмастер Алвин.
Сейчас он находился в самом нижнем ярусе, стоял около бездыханного тела, распростертого на черной каменной плите. Тело принадлежало принцу Гвистерну, погибшему полтора года назад. О том, как он расстался с жизнью, ходило много слухов, и куда подевалось тело брата, не знал даже король.
— Пробудись! — властно приказал Алвин и начал принимать облик шестирукого демона — его грандмастер некогда победил и присвоил его силу.