Так они и сидели на краю оврага, Сибилл пытался считать всадников, а его дядюшка лежал под кустом и жаловался на несуществующую болезнь, пока позади них вдруг не оказалась пятерка рейтаров.
– Это что за шпионы здесь прячутся?! - закричал десятник, потрясая обнаженным мечом.
– А-а-а-а! - завыл дядюшка и покатился по траве к другому кусту. - Не убивайте, не шпионы мы!
– Мы не шпионы, ваша милость, не убивайте! - вторил ему перепуганный Сибилл.
– А кто же вы, если не шпионы? - наседал десятник, наступая на них конем.
– Мы не шпионы, мы… рекрутеры! - нашелся дядя, поднимаясь на ноги.
– Рекрутеры? - недоверчиво переспросил десятник, и лицо его передернула нервная судорога. - Что-то не похожи вы на рекрутеров…
– Это скорее табачники, чем рекрутеры, - заметил один из рейтаров и сплюнул.
Табачниками в войсках назывались маркитанты, что торговали беконом, сухарями и ветошью. Продажа спиртного запрещалась под страхом смерти, и маркитанты продавали вместо него жевательный табак и чай.
– Ну раз вы рекрутеры, говорите, чью сторону держите, - решил проверить шпионов десятник. - И какую цену предлагаете.
– Так мы это… - дядя покосился на Сибилла, - при себе-то денег не держим, нам сказали - идите и найдите служилых людей, вот мы тут и залегли.
– А чего ж залегли-то? - Десятник усмехнулся. - Вон и штаны у тебя обмочены.
– Болезнь у меня такая с детства, как напугаюсь, так сразу мочу штаны, - развел руками дядя.
– Д-да, с детства, - подтвердил Сибилл, хотя был моложе дяди лет на тридцать.
– Чью сторону держите, спрашиваю? Или лжете и никакие вы не рекрутеры?
– Рекрутеры, ваша милость, рекрутеры. Нас послал герцог Ангулемский, ему теперь свою страну оборонять надо.
Перейдя реку, со стороны берега стали подъезжать другие рейтары, их набиралось уже не меньше десяти сотен - целое войско!
– Про беды герцога вашего слышали, - сказал десятник и повернулся к скакавшему в их сторону всаднику.
Возвышаясь над остальными рейтарами, верхом на рослом мардиганце подъехал широкоплечий рейтар с золотой перевязью через кирасу. Его шлем был украшен мехом горностая, а уздечка на лошади - серебром.
– Что здесь такое, Горбек? - спросил он десятника."
"– Посланцы герцога Ангулемского, ваше благородие. Должно, к себе позвать собираются.