– Кис-кис-кис, - позвала хозяйка. - Кис-кис-кис.
– Развели кошек… - пробурчал кто-то из соседей.
Наверное, кошка благополучно вернулась, поскольку ее больше не звали.
Вот глубокая ниша в старинной стене столетней кладки. Когда-то здесь стояли жертвенники, но взгляды людей переменились, жертвенники убрали, а ниши остались. Когда улица была совсем темной, в них нередко прятались городские воры, поджидая верную добычу, но с появлением в центре города фонарей они перебрались на окраины.
Эхо шагов вдруг стало стихать, фонари поплыли желтыми разводами, не успел Каспар подивиться этим изменениям, как в следующей нише мелькнула быстрая тень.
Каспар сложился пополам, прежде чем успел что-то разобрать, и просвистевшая пика ударилась в стену. От удара она согнулась и отколола приличный кусок камня. Каспар подхватил его и со всей силы метнул прямо на выбегавших навстречу людей.
Камень ударил в чью-то кирасу и разлетелся на куски.
– Вот сволочь! - воскликнул один из нападавших.
Следом за камнем Каспар метнул согнувшуюся пику, угодив в кого-то тупым ее концом.
Тот проворно взмахнул мечом, но клинок скользнул по кольчужной перчатке и врезался в мостовую. Каспар ударил гиганта сапогом в голень и рванул с его пояса рукоять кинжала - теперь он был вооружен.
– Убейте его! - проревел здоровяк, растирая ушибленную ногу.
– Без шума и криков, господа… - предупредил его высокий человек с нервным лицом.
На нем было черное платье, а в руках он держал узкий дуэльный меч и дагу. Еще двое, по виду дворяне, скрывали свои лица под широкими полями шляп, но Каспару показалось, что они ему знакомы.
– Дозвольте я, ваша светлость, - попросил широкоплечий низкорослый участник шайки, вооруженный клепаным топором. Этот был из простых, именно он метал пику.
– Давай, Чезаре, - разрешил высокий, и его «цепной пес» бросился вперед.
Теперь Каспару пришлось попрыгать, чтобы его не рассекло наискось, Чезаре оказался очень быстр и совсем не уставал.
– Ты воняешь чесноком… - поддразнил его Каспар, отпрыгивая к стене. Чезаре заревел от злости и ударил что было сил. Брызнул камень, крошка запорошила ему глаза.