– Голову, сэр? - переспросил Финтроп и озабоченно покосился на хозяина.
– Ну да, череп!
– Там нет никакого черепа, сэр.
– Как нет?
Советник шагнул вперед, присмотрелся лучше - и действительно не нашел никаких нездоровых видений, только хвост селедки, что забросил под стол ленивый Финтроп.
– Ты почему в каюте не прибрался? - строго спросил сенатор и, размахнувшись, ударил слугу по лицу. - Умываться подай, сволочь!
Размазывая кровь, Финтроп бросился готовить воду, набирая ее из стоявшего в углу бочонка.
Пока слуга фильтровал воду, сенатор сердито таращился в подернутое налетом соли единственное окно.
– Прошу умываться, хозяин… - пробормотал Финтроп, осторожно приближаясь к советнику с большой фаянсовой умывальницей.
– Ну-ка дай! - сказал советник, забирая чашу. Слуга попятился, закрывая голову руками, однако сенатор не стал его бить, а припал к чаше губами и начал осушать ее большими жадными глотками.
– Возьми, - сказал он через некоторое время, возвращая чашу. Затем прихватил с ее дна несколько капель и растер по лицу.
– Подать еще, сэр?
– Не нужно. Напился, - ответил сенатор, чувствуя облегчение. - Почему сапоги не снял?
– Дык пробовал, хозяин, вы меня так каблуком приложили, что едва полборта не вынес. Во!
С этими словами Финтроп задрал на животе рубаху и предъявил отпечаток хозяйского сапога.
– Ладно, не снял, и ладно.
Финтроп, потупившись, принялся теребить подол грязной рубахи, потом признался:
– Обиделся очень…
– Вот дурак-то, чего ж обижаться? Я ж тебя люблю как родного. Привык.
Сенатор снял с гвоздя шляпу и толкнул дверь, затем обернулся и добавил:
– Хотя лучше бы тебя, конечно, за борт…
48
Едва сенатор вышел на палубу и полной грудью вдохнул морской подсоленный воздух, как с «вороньего гнезда», где находился впередсмотрящий, раздался истерический вопль: «Земля»!
«Чего орать, если птицы уже все паруса засидели?» - подумал сенатор, глядя на белые потеки на желтоватой парусине.
Постояв еще немного, он поднялся на приступок капитанской палубы.
– Добрый день, сэр! - поздоровался с ним судоводитель.
– Добрый день, шкипер, - неприветливо ответил сенатор. - Вы бы пугнули этих тварей из арбалета, а то они все паруса загадили!"
"– Как можно, сэр, береговые птицы на мачтах существа священные.