– Мой повелитель, мы в опасности, солдаты короля у наших ворот!
– Какого короля, Даувпилс, вы пьяны?
– Какое там пьянство, мой повелитель, мужики с деревень уже в город бегут! Войско короля скачет прямо к нам - через два часа будут уже под стенами Тыкерьи!
– Какой ужас, что же делать?! - воскликнул конвендор.
– Нужно немедленно бежать в Тарду, мой повелитель, там они нас не достанут, мы будем под защитой представителей Гвиндосии!
– Правильно, правильно, Даувпилс!
Конвендор отшвырнул листок с началом поэмы и забегал по кабинету.
– Я должен собираться! Взять с собой самое ценное!
– Да что у нас ценного, кроме казны, мой повелитель?! Захватим с собой казначея дорфа Арбитмана с сундуками, а дорфа Густавсона оставим оборонять город.
– Правильно, оставим оборонять город! Верди не сдаются!
– Не сдаются, йоу! - подтвердил Даувпилс, вскидывая руку. - Идемте, мой повелитель, пора…
– Идем, друг мой.
Несмотря на то что о приготовлении к бегству они никому не говорили, паника во дворце стремительно разрасталась - часовые сбегали с постов, лакеи тащили из кладовки бочонки с селедкой, а усатый егерь на конюшне расправлялся с румяной служанкой.
На подворье запыхавшиеся конвендор и Даувпилс встретили невозмутимого дорфа Густавсона.
– Неприятель на марше, мой повелитель, еще до обеда он встанет под стенами города.
– Ничего, мы пообедаем в дороге! - выпалил Даувпилс.
– Да, мы отбываем в Тарду, а вы назначаетесь ответственным за оборону столицы!
– Но как же без конвендора, мой повелитель? Вы нужны, чтобы поднимать боевой дух наших солдат!
– Конвендор отбывает на побережье, чтобы встретиться с сенатором из Гвиндосии, а потом с представителями тарди и организовать несокрушимый альянс! - вступился за конвендора Даувпилс.
– Вот именно, альянс, - повторил Кригс - Мы соберемся с силами и ударим в тот момент, когда враг не будет этого ждать.
– Да, не будет ждать! - сказал Даувпилс.
– Прощайте, Густавсон! - махнул рукой конвендор и торопливо забрался в карету.
Конные егеря обнажили мечи и приготовились сопровождать повелителя к Тарду.
– Дорогу! Дорогу, сволочи! - разнеслись над городом крики егерей. - Дорогу конвендору Криг-су-у-у!
52
Командующий Густавсон происходил из старого пихтского рода, но, чтобы уцелеть во время «акций исторической справедливости», что проводили патриотически настроенные верди, был вынужден признать себя одним из них.