– Я вижу, ты не слишком рад, что получил прекрасный пиррио за свою рыбу?
– Дык это… - Рыбак вздохнул, полагая, что его хотят обмануть. - Куда она мне, махонькая такая?
Он снова вздохнул и с тоской посмотрел на свои мешки, прикидывая, есть ли какая-нибудь возможность отыграть сделку обратно."
"– Хорошо, раз так, ты всегда можешь обменять пиррио на серебряный рилли.
– Когда? - ожил рыбак.
– Прямо сейчас - вот у него.
И Ральер показал пальцем на Франца, достававшего из наплечной сумки увесистый кожаный кошелек.
– Это, давай, меняй мне на серебро! - сказал рыбак, подавая Францу шарик. Однако тот не спешил: расстелил на песке чистую рогожку, затем положил сверху кусок мягкой замши и, развязав на кошельке шнурок, высыпал на замшу целую кучу свежеотчеканенных серебряных монет.
– О-о-о! - снова поразились собравшиеся, а Франц небрежно взял из кучи серебра одну монетку и подал рыбаку, приняв от него стеклянный шарик, с подчеркнутым вниманием положил его в другой расшитый бисером мешочек и убрал в карман.
Потом ссыпал серебро обратно в кошель, свернул и убрал замшу, после нее рогожку. Собравшиеся следили за ним затаив дыхание, все в этих гостях и их странных обычаях казалось им удивительным.
– Это что же, господин хороший, вы за каждую эту пирью серебро давать станете? - спросил уважаемый в этих краях перекупщик рыбы.
– Конечно, если это наша пиррио, - согласился сенатор.
– Значит, если я сторгую у вас шариков, вы потом мне их на серебро поменяете?
– Разумеется. Что продавать хотите?
– Ну рыба у вас есть. Давай на рилли пять бочонков тюленьего жира, а?
– Не пойдет, - покачал головой сенатор и вздохнул. - Мы за серебро не торгуем. Только за пиррио.
– А-а, правильно! - кивнул перекупщик. - Давай за пирью пять бочонков.
– Идет, мы покупаем.
– Ага, я сейчас! - Перекупщик обернулся, привстал на носочках и крикнул:
– Имант! И-има-ант! Давай сюда пять бочонков! Скорее!
Вскоре, расталкивая собравшихся, в центр круга протиснулись грузчики перекупщика.
– Все по счету, - кивнул советник, когда бочонков оказалось пять. - Получи плату…
С этими словами он передал перекупщику еще один стеклянный шарик.