— А если я соглашусь работать на вас?
Дубневич пристально глянул в глаза Федотова. Было видно, что он колеблется, что-то решает в уме.
— Хорошо, допустим, я сведу тебя с человеком, который решит твою судьбу, но только сначала ты отдашь мне похищенный «глушак» и представишь всю информацию о своей работе здесь.
— Тогда извольте выслушать встречные условия, генерал. Прежде всего вы отпускаете моих людей, сводите меня с тем человеком, от которого зависит моя судьба, а уж потом я отдам «глушак» и все остальное.
Дубневич встал, навис горой над столом, сузил глаза."
"— Вот что, полковник, тут я решаю, что надо делать в первую очередь, а что во вторую. Или ты подчиняешься, или…
— Понял, беру возражения назад. Придется верить вам на слово. — Ираклий встал, опять сцепил руки на затылке. — Пойдемте.
— Куда? — насторожился Дубневич, приподнимая дуло «глушака».
— Что ж вы думаете, я прячу такие важные улики, как «глушак», в офисе? Он у меня в тайнике, ждет посыльного.
Ираклий, не дожидаясь ответа полковника, двинулся к двери кабинета. Дубневич в нерешительности шагнул следом, и это промедление стоило ему победы. Что случилось, он так и не понял. Спина президента Ордена чести впереди вдруг исчезла, «глушак» из руки выскочил как живой, а потом тяжелый удар потряс голову и всю нервную систему полковника, и ему все стало безразлично.
Ираклий замер над телом упавшего Дубневича, прислушиваясь к звукам, долетавшим из коридора, отобрал у него второй пистолет, быстро подошел к монитору и, включив громкоговорящую связь, четко произнес одно слово:
— Буза!
Это было ключевое слово запуска программы сопротивления.
После этого Ираклий достал свой «глушак», вышел в коридор и разрядил оба пси-генератора в телохранителей Дубневича, томящихся за дверью. И тотчас же смирно лежащие на полу охранники офиса, они же — сотрудники опергруппы контрразведки, подчиненной Федотову на время проведения следственных мероприятий в Брянской области, включились в процесс.
Парни из команды «зачистки» Российского легиона были опытными специалистами своего дела, но и они слегка расслабились, убаюканные мирным поведением побежденных и их безнадежным с точки зрения победителей положением. Поэтому атака контрразведчиков оказалась для них неожиданной.