«Глушак», о котором предупреждал Лукич, это их последняя разработка — генератор подавления воли или что-то в этом роде. Об НЛП — нейролингвистическом программировании — что-либо слышал?
— Ну это же… медицинский термин, — Костя пошевелил пальцами, — методы психологической обработки…
— Вот лаборатория этим и занималась, создавала технические системы НЛП, а как далеко забралась, можно только догадываться, если ее не пожалели взорвать к чертям со всеми работниками и оборудованием.
— Зачем?
— А ты не догадываешься? Чтобы не произошло утечки информации.
— Тогда я вообще ничего не понимаю! Нас-то почему выпустили оттуда живыми?
— Благодаря коллегам из военной контрразведки. Если бы не полковник Федотов, остались бы от нас в Брянских лесах только рожки да ножки.
— Так это контрразведчикам спасибо надо сказать за то, что мы живы? — Константин почесал затылок. — Ну и компот! Они-то как там оказались?
— Работали по профилю, — невнятно сказал Зубко, хрустя огурцом.
Морозов внимательно посмотрел на его лицо, подсел к нему, положил локти на стол и, придвинувшись ближе, тихо произнес:
— С кем же мы воевали, Сашка?
Взгляд Александра стал угрюмым.
— А вот этот вопрос ты больше никому не задавай… если не хочешь лишиться языка… а то и головы.
— Так серьезно?! — Морозов присвистнул. — А все-таки?
Зубко помолчал, налил себе еще водки, выпил залпом.
— Лаборатория охранялась подразделением Российского легиона. А кому пришла в голову идея создать Легион и для каких целей, — можно только гадать.
Костя подумал, подвинул к хозяину рюмку.
— Налей и мне.
Выпил, закусил огурцом, пожевал хлеба.
— Ты всерьез говорил о расформировании группы? Это слухи или реальные разработки?
— Чистого расформирования не будет, грядет, как говорится, «структурная реорганизация» подразделения. Марата переводят в управление разведки, Серегу вообще в МЧС, Воху в опергруппу «Альфа». Вместо них нам добавили трех бывших пограничников.
— Зачем?
Зубко посмотрел на Костю исподлобья, покривил губы.
— Для усиления.
Морозов кивнул, понимая чувства командира. Ни одно элитное подразделение силовых структур и спецслужб в стране по мобильности, мощи, тренированности и опыту не могло сравниться с «Витязем», не нуждающимся ни в какой «структурной реорганизации». Идея начальства «усилить» группу говорила больше о каких-то планах ее развала или медленного переподчинения.