— Был бы на моем месте полковник Крутов, и он не смог бы оправдаться перед вами. Разрешите идти?
Рюмин оперся кулаками о стол, собираясь встать, лицо его побагровело.
— Вы даете себе отчет?! При чем тут Крутов?
— При том, что я его ученик. Если бы не смерть Кости, мы бы взяли террористов вчистую. Нас просто кто-то подставил. — Александра внезапно осенило. — Не метит ли кто на наше место? Я имею в виду группу? Например, отряд особых операций Российского легиона?
Рюмин откинулся на спинку стула, долго смотрел на подполковника, как на диковинное насекомое, потом вдруг успокоился.
— Откуда вы знаете… о Легионе?
— Земля слухом полнится, — усмехнулся Александр. — Я слышал, что о Легионе было доложено президенту и он отнесся к этому благосклонно. Настолько благосклонно, что велел засекретить все с ним связанное. К чему бы это?"
"— Идите, подполковник, — махнул рукой Рюмин. — Советую не делиться своими предположениями ни с кем и никогда. Даже с друзьями. Ваш язык может повредить шее.
— Спасибо за предупреждение, товарищ генерал. Я не любитель трепаться, так что о моей шее не беспокойтесь. Но я все же попытаюсь выяснить, какая сволочь стреляла капитану Морозову в спину.
Зубко закрыл за собой дверь кабинета и не услышал реплики генерала:
— Куда один баран, туда и все стадо…
Генерал имел в виду полковника Крутова, бывшего командира антитеррористической группы «Витязь».
«Витязи» с утра занимались изучением систем нового оружия.
— Сергей, — Александр поманил пальцем Погорелова, — выйди на минуту.
Они вышли из штаба на улицу.
— Что, сняли? — поинтересовался снайпер.
— Оставили, — понял старлея Зубко, закурил. — Дело закрыли, но вывод тот же: виноваты мы. Как ты думаешь, никто из наших не мог поменять позицию?
— Марат не мог, — твердо заявил Погорелов.
— Я тоже так считаю. Но слушать меня не стали. Давай после занятий съездим к кладбищу, на место боя, посмотрим все, пощупаем, прикинем на местности. Я примерно знаю, где мог сидеть чужой снайперок.
— Хорошо, — пожал плечами Погорелов. — Поедем.