Крутов уперся в нее рукой, достал удостоверение офицера ФСБ."
"— Читать обучен?
Охранник пробежал глазами документ, вскинул на Крутова скучающие глаза.
— Сожалею, но…
— Позвони ему, мальчик, скажи, что к нему полковник Крутов. — Егор по возможности вежливо улыбнулся. — Если не хочешь иметь дела с моей конторой. Это визит частный. Пока. Но я могу оформить и вызов. Или вот что, вызови-ка начальника своего.
Охранник мигнул, сытое лицо его слегка порозовело.
— Ждите.
Дверь закрылась. Егор и Шурик переглянулись.
— Попытка — не пытка, — вслух сказал он, пытаясь приободрить спутника. — Прорвемся.
Толстая, металлическая, с дубовой обивкой дверь медленно отворилась.
— Проходите.
Крутов и Шурик шагнули в тамбур, служащий одновременно и металлоискателем, вошли в роскошный вестибюль банка с мраморным полом и колоннами из ракушечника.
— Прошу следовать за мной.
Они поднялись по мраморной лестнице на второй этаж здания, где у специальной стойки дежурили двое охранников в таких же черных костюмах с висящими на лацканах картонками бэджей. Провожатый провел посетителей в дальний конец коридора, нажал кнопку переговорного устройства на двери под номером 6. Над дверью торчал «глазок» миниатюрной телекамеры, и вопроса: кто идет? — не последовало.
Серьезно относится к собственной безопасности господин Григорьев, подумал Егор, прямо бункер Гитлера, а не банк, только с помощью газовой атаки и можно его отсюда сковырнуть. Интересно, если какой-то бойкий король бензоколонок имеет такие апартаменты, то какие же у господина Быченко, босса всея округи?
Приемная Григорьева поражала белизной, обилием декоративных зеркальных панелей, плоским аквариумом чуть ли не во всю стену, «глазками» телекамер по всем углам и длинноногой секретаршей с великолепной грудью.
Шурик совсем потерялся в этой обители власти и готов был простить все свои обиды, не входя в кабинет начальника, но Крутов был настроен иначе.
— По какому вопросу? — с деловой улыбкой спросила секретарша.